Я отвернулся от окна, в котором по диагонали падали струи белых хлопьев, и снова, согнув руку в локте, посмотрел на время.

— Она придёт, — словно прочитав мои мысли, обнадеживающе произнес Рэн.

Сомневаюсь.

Хотелось сказать мне, но я лишь без эмоционально кивнул.

Я был благодарен другу за каждый день, когда он выслушивал моё чертово нытье, терпел каждую выходку, забирал пьяного в хлам им очередного бара, и бил за меня морды. Он снова остался со мной, и вытаскивал из всех передряг. Ян тоже был рядом. Он не знал о моих чувствах и наших отношениях с Эрикой так, как Форд, но эти двое всё равно были со мной.

Мне хотелось сорвать бабочку на шее к чертовой матери, скинуть пиджак и расстегнуть идиотские верхние пуговицы рубашки, которые перекрывали дыхание, но я так и продолжал стоять неподвижно, бездумно глядя в стену, на которой время от времени появлялись длинные темы присутствующих.

В следующий миг, я почувствовал, как сердце пропустило глухой удар, врезавшись в грудь, а спина покрылась дрожью, почти болезненно кольнув в пояснице. Кажется, я даже открыл рот, но был не в силах контролировать свою реакцию, что бы вовремя опомниться от вида…

Её вида.

Входящая в зал плавной, грациозной походкой, почти танцуя, с расправленными хрупкими плечами и тонкой длинной шеей. Во мне пронеслось желание коснуться её, покрыть кожу поцелуями, прикосновениями…

Мне необходимо было остановиться.

Стоящая между Эбигейл и Джулией, и с неуверенной улыбкой смотрящая вдаль, своими до невозможного прекрасными, живыми, распахнутыми, подчеркнутыми выразительным макияжем, глазами. Её улыбка, розовые губы которой растянулись, поблескивая глянцевой помадой. И даже в тот момент она улыбалась так ярко и ослепительно, что могла заменить все горящие фонари в этом здании. Эрика вместила в себя всю крсоту, которая отражалась в каждом миллиметре её лица и тела.

Густые волосы объемными локонами плавно спускались на хрупкие плечи, струясь по ровной спине. Облегающий верх её шикарного платья, цвета малахита, полностью кружевной, с округлым вырезом, из которого выглядывали распахнутые крылья выпирающих ключиц, покрывал кисти рук, тонкие плечи и полностью оголяло спину до поясницы. Мне захотелось коснуться её, провести рукой по мягкого кружеву, зарыться в её волосах и шептать, как сильно люблю…

Как мне нравилось смотреть на неё в тот момент… в и тоже время хотелось отвернуться, пулей вылететь из здания, чтобы не видеть того, что я терял.

Тонкая талия была охвачена едва заметным поясом, от которого вниз ниспадала волнами юбка, переливающаяся атласом. От бедра спускался длинный вырез, который оголял её стройную ножку, стоило Эрики сделать шаг. И эти ноги…Идеальный, строынйе, тонкие лодыжки и загорелые икры. Подол малахитового платья оканчивался далеко за её длинными каблуками, изгиб ступни в которых, мне сносило крышу, и тянулся шлейфом.