Светлый фон

Прищуренные глаза цвета горького шоколада будто спрашивают «Хочешь еще?», но я протестующе поднимаю руки и качаю головой, создавая «испуганный» вид.

— Если ты не в состоянии безопасно доставить из пункта «А» в пункт «Б», лучше я пешком пройдусь, зато останусь цела и невредима, — зло произносит все еще бледная девушка, принимая оборонительную позу, но выходить из машины не спешит.

— Не нуди, я всего лишь немного повеселился, — ладно, я преуменьшаю, но ярость ненадолго отступила.

— Немного, — с сарказмом фыркает Ливия и отворачивается. — Отвези меня, пожалуйста, в Брентвуд, не превышая отметки «шестьдесят».

— Такими темпами мы там будем не через двадцать минут, а два часа, — отвечаю тем же тоном и выруливаю на трассу, размышляя над планом на вечер.

— Ничего, потерплю твое присутствие еще два часа, зато кости целы будут, — с раздражением бросает колючка, сжимая в руках сумку. Я бы с удовольствием продолжил стеб, но вместо этого включаю музыку и замолкаю.

Вновь берет раздражение и какая-то усталость: внутри такое чувство мерзкое, будто Осборн решила с хлоркой пройтись и убить все микробы. Раскрыла старую рану и пытается вытащить гниль, исправить механизм, который заржавел и давно вышел из строя. Она вызывает во мне уйму противоречивых эмоций: одновременно хочу довести ее до сумасшествия и послать, сказать «оставь меня в покое» и «не оставляй меня», целовать до отупения или задушить, причинить нестерпимую боль и утешить. Я, как заряженный динамит с отметкой «Очень опасно», а Ливия — воспламеняющий огонь. Я взорвусь, а дождь его затушит — мы канем в небытие. Лучше ходить по вытоптанным дорогам отчаянья, пустыням тоски, переулкам отверженности, потому что они давно изучены вдоль и поперек. Как только сворачиваешь на новую тропу, которая ведет к свету, примешивается панический ужас, что все завершится, даже не начавшись, потому что ты не оправдаешь ожиданий и отравишь свет своей тьмой, в итоге всего лишившись.

Вслушиваюсь в слова песни «Тake A Step Back» группы Ascendant Stranger, чтобы заглушить мысли, даже забывая, что не один.

— Я отверг своё окружение. Вокруг древние развалины, точнее, в них всё превратилось. Отрекшись от мира ради достижения цели, я спрятался за стенами, которые построил, чтобы обезопаситься.

А Ливия их по крупицам разрушает, каждую чертову секунду. Кажется, оноберет над моим разумом вверх, ненавидит свет Ливии, сторонится его, как чумы. «Родные холодные стены куда привлекательнее», — внушает голос, и я кирпичик за кирпичиком замуровываю щели, сквозь которые пробиваются ослепительные лучи. Осталось совсем немного… пара кирпичиков, и все станет, как прежде.