— Ужасающие. Фиолетовые. Почти неоновые. У меня было такое чувство, что всем надо надеть солнечные очки.

— Да, надо было. Ох уж эти Харрисы. У меня весь день была с собой фляга со скотчем. Только маме не говори.

— Папа.

Натали ухмыльнулась, и он поднял глаза к небу:

— Хорошо-хорошо. Больше никаких тайн. Можешь ей рассказать.

35 

35 

Натали взболтала красную жидкость, посмотрела на свет, понюхала и попробовала. Дедушка Хэл сделал то же самое, и они широко улыбнулись друг другу.

— Ну? — с явным нетерпением спросил дядя Джефф.

Дедушка Хэл попробовал еще и поставил бокал:

— Ты не растерял способностей, сынок. Оно превосходно.

— Спасибо.

Джеффри улыбнулся, обошел стойку, убирая за последними посетителями. В колонках тихо играли рождественские гимны.

— Это формула Таннера. Я только немного подправил.

Он хорошо выглядел, загорелый, отдохнувший и очень спокойный. За недолгое время после своего возвращения Натали заметила большие изменения и в Саре. Она практически светилась.

Джеффри мыл бокалы, а Хэл взял полотенце, чтобы их вытирать. Они устроили импровизированный дегустационный зал, пока строится новый. Это будет обитое сосной, солнечное помещение с большими окнами и видом на озеро. Молва распространялась, и число посетителей стабильно увеличивалось. Как и прибыль.

— Поскольку вы оба здесь, — сказала Натали, проверяя их настроение, не совсем уверенная в их реакции. — Я пригласила родителей присоединиться к нам на Рождество. Вчера вечером я разговаривала с мамой, и похоже, что они приедут.

Хэл прекратил вытирать бокалы и поднял кустистые брови:

— Правда? Билл согласился?

Джефф покачал головой: