– А если узнают?

– Мы будем работать. Ты – не будешь манипулировать. Я – жалеть. Не получится – вернемся к обсуждению…

Говоря, Данила видел, что по лицу Санты гуляют сомнения. И в себе, и в удачности плана. Она ищет подвох. Но подвоха нет. Он правда хочет ей добра.

– Хорошо... Но ты не понял... Я хочу любить в открытую для тебя же… Не для кого-то…

Вернувшись к брошенной ранее фразе, Санта ее повторила, уточнив.

Данила тоже повторил – мысленно. Нахмурился слегка, слушал дальше.

– Моя девственность ни к чему тебя не обязывает. Но я и объясняться не стану. Ты сам говорил: каждый должен жить жизнь, как хочет, а не как велит статистика. Я захотела ночью. Я захотела с тобой.

– Спасибо…

Данила сказал тихо, Санта чуть нервно улыбнулась. Вздохнула каскадом, снова посмотрела в его лицо.

– Мне сложно тебя понимать, я часто ошибаюсь. Но ночью ты меня хотел. Мне кажется, всё было правильно. Не о чем жалеть…

– Я не жалею, Сант. Я хочу понять, что нам делать дальше.

Заброшенная Данилой удочка опустилась в прозрачную воду. Поплавок застыл на глади… Санта ничего не говорила, но Чернову было понятно: она не знает.

Что просить. Чего требовать. Как быть.

Они оба поддались порыву. И оба не знают, куда выворачивать дальше. Нет смысла делать вид, что между ними – химия, которую они дружно утолили. Здесь большее...

Санта повернула голову, фокусируя взгляд на обложке книги. Данила посмотрел туда же…

В кухне было тихо. Снова забурлила кофеварка…

Санта совершила попытку встать, чтобы выключить, Данила придержал за талию, получив в ответ просящий взгляд…

– Хорошая книга, да?

Спросил, смотря прямо. Моментально уловил румянец. И что его Свет кусает губу… Набирается смелости, смотрит в глаза, держа ногу так, будто он в любой момент может отпустить руки, и есть опасность свалиться…