Там хранятся его подарки отцу. Редкие юридические издания или те, в которых публиковался сам.

Переезжая в эту квартиру, она забрала их из отцовской библиотеки.

Маме объяснять свой выбор не пришлось – просто нужно для учебы.

А на самом деле… Просто нужно было для души. Туда же Санта позже ставила то, что покупала уже сама. Его рекомендации, сделанные в постах или статьях.

Она – его сталкер. Тихони тоже сталкерят.

И он, наверное, достаточно умный, чтобы всё понять. Да и она не дура, чтобы отрицать очевидное: разговору быть.

Поэтому, когда Данила подходит, наклоняет голову, смотрит сначала на профиль, потом – в глаза, Санта убеждает себя, что готова…

Отвечает улыбкой на сомнения в его глазах. Наслаждается тем, как он придерживает её за талию.

– Ты пообещала ночью, что врать не будешь, Сант. Помнишь же?

Кивает в ответ на вопрос. Помнит всё и это тоже.

– Тогда объясни мне себя, пожалуйста. Я хочу тебя понять.

* * *

Данила не предполагал, что может стать для Санты первым. Неожиданно обнаруженное выбило из колеи.

И поначалу правда разозлило. Потому что о таком предупреждают. Потому что когда девушке двадцать один – это что-то значит, о чём-то говорит.

А он не знает, что…

Наверное, хорошему преподу надо бы тут же всё прекратить, одеться, рядом посадить. И обсудить.

Ну так, чтобы по-взрослому. Педагогично чтоб.

Но Данила – херовый педагог, как оказалось. И знаток гордых фиалок тоже херовый.

Ночью он мало спал, куда больше времени апытался сопоставить, чтобы из логики ничто не выбивалось.