– Их будет столько, сколько ты захочешь, Rosetta.

– Хорошо. Следующее воскресенье. «Зажигалка», общий зал. С шести до семи вечера. Я там буду, Бонни. Никаких масок. Если ты меня любишь – ты меня узнаешь. И знаешь… безо всяких пари. Я в любом случае приду. Но до тех пор ты не будешь подсматривать, обещай мне.

– Зачем еще раз? Я уже дал тебе слово.

В его голосе промелькнула обида, а мне стало стыдно. И правда, зачем мне еще обещание, когда достаточно одного раза? То, что я не привыкла к мужчинам, которые держат свое слово – не повод оскорблять Бонни. У него была сотня возможностей увидеть меня, пока я сплю. Да просто в любой момент снять ленту или очки и заявить что-то вроде «я лучше знаю, что тебе нужно».

– Извини. Я… я правда это очень ценю. Просто непривычно… ты совсем другой. Знаешь, мой муж был весь такой респектабельный, как нотариальная контора. Но никогда не делал того, что обещал. А ты… ты больной ублюдок, сумасшедший гений, но я верю тебе. Это удивительно и прекрасно, верить.

Бонни осторожно привлек меня к себе, обнял, поцеловал в висок.

– Я никогда тебя не обижу, мадонна.

И я поверила. Впервые после смерти родителей поверила, что все будет хорошо. Что рядом есть мужчина, который не подведет, защитит и поддержит, поймет и будет любить всегда, несмотря ни на что.

Мой Бонни.

Может, к черту уже конспирацию? Он не врет, я чувствую, знаю, он правда любит меня. Он не оттолкнет меня, когда узнает. Все будет хорошо. Может быть, у нас в самом деле будут дети… не сейчас, но когда-нибудь…

Я даже представила малыша с выразительными черными глазами в пушистых ресницах, как у Бонни. Очаровательного щеканчика с розовыми пяточками, непоседливого и веселого. Интересно, первой будет девочка или мальчик?

– Rosetta, возьми корзинку с фиалками, – Бонни вывел меня из грез. – И посмотри, что под цветами.

Да, вовремя. Еще бы чуть, и я забыла обо всем на свете, очарованная собственными фантазиями. С чего я взяла, что он хочет детей? Он стерилен по собственному выбору. А его слова… они могли значить совсем не то, что я себе напредставляла.

Нет, не буду бежать впереди паровоза. Где там эта корзинка?

Фиалки нашлись перед телевизором, прямо под белым смокингом. Бедные, совсем помялись и завяли. Надо было ставить их в воду, а мы…

Я залилась жаром и украдкой оглянулась: о том, чем мы занимались, свидетельствовала разворошенная кровать, болтающиеся на столбиках ленты и перевернутая коробка с девайсами. Гнездо разврата! А я – о семье и детях. Логика на грани фантастики.

Выбросив несчастные цветы, я достала из-под них атласную коробочку, ключи на брелоке и конверт. Сердце екнуло: коробочка – размером для кольца. Может быть?.. Да нет, не может! Не может!..