– Non. Я дьявол, которого ты выбрала сама.

– А кто тогда я?

– Ангел, который постоянно тычет меня в задницу моими же вилами.

– Ладно, ты слишком долго уворачивался от моего вопроса. Расскажи мне, – настаиваю, поглаживая его крепкие руки. Потому что могу. Потому что он мой.

– Чего ты не знаешь? – Огонек в его глазах гаснет. – Шелли чуть не довела меня до самоубийства, и тут нет ничего смешного. Когда ты уехала, когда я отпустил тебя, то свихнулся окончательно.

– Я хотела тебя ненавидеть.

– Я изо всех сил старался вызвать у тебя ненависть, но ты раскусила меня, упрямая женщина.

Мы не улыбаемся, потому что эта истина причиняет слишком сильную боль.

– В той жизни тебе было намного безопаснее, Сесилия.

– Я была несчастна. И не чувствовала бы удовлетворения от такой жизни.

– Я тоже. Когда ты покинула мой кабинет, меня, Трипл-Фоллс, я разбил в хлам свой «Ягуар».

– Что? – Я дергаюсь в его объятиях, а Тобиас зачерпывает воду и выливает ее мне на плечи.

– Когда они потеряли тебя… – Он качает головой. – Чертовы идиоты. Я знал, что ты сделала это нарочно, не хотела, чтобы тебя нашли. У меня не было зацепок. Ты выбросила свой телефон, все. Даже оставила «Ауди» на штрафстоянке. Я понял, как сильно облажался, как только они позвонили. Думаю, я просто отключился, потому что не помню, как случилась авария. Я просто… слетел с катушек.

– И разбил машину?

Он кивает.

– Жаль.

– Ты предоставила мне все шансы тебя остановить. – Тобиас кладет голову на бортик и смотрит в потолок. – Боже, Сесилия. Никогда еще я так не портачил. Даже думать неприятно о том звонке. – Он поднимает голову и требовательно, даже умоляя, смотрит на меня. – Пообещай, что больше никогда так не сделаешь.

– Тобиас…

– Умоляю, Сесилия. Если мы поссоримся, если у нас наступят ужасные времена, как бы ты ни злилась, но это все, о чем я тебя прошу. Все наши самые крупные ссоры будут касаться мер безопасности, это я знаю. Но, прошу, просто позволь мне защитить тебя ради моего же спокойствия, моего психического здоровья, даже если чувствуешь, что в том нет необходимости. Я не вынесу. Я, черт возьми, просто не вынесу этого.

Этот красивый мужчина выглядит таким измученным, черты его лица искажены болью, а ресницы кажутся темнее из-за стекающей воды. Если эта жизнь и правда моя, если Тобиас докажет, что его намерения искренние, то не могу представить себе жизни лучше.