Уильям Фолкнер

К нам опять приехала ее двоюродная сестра Дашка. Странное дело: родственница ее, а выгуливать таскает меня.

Отскок. Дорогой пи-пи

Москва, октябрь, показ, устроенный в рамках Недели высокой моды доброй знакомой, которая родилась и выросла здесь, а теперь стала в Италии одним из лучших европейских специалистов по трикотажу. Фурор, пресса, банкет в армянском ресторане, прощание, встреча с другой старой знакомой и ее пьяными друзьями — и уже под утро оказываюсь с Витой на Чистых прудах в поисках продолжения.

"Пропаганда" показалась жестяной; соседняя дверь с надписью "Караоке" предложила не нужный нам стриптиз; "Бар вредных привычек", как выяснилось, работал до двух, то есть был уже закрыт. А тут отлить понадобилось срочно — мне понадобилось, не Вите.

Попросив подождать на улице, завернул в подворотню. В самый благостный момент из черного хода какого-то банка вывались двое в форме и сказали, что сейчас арестуют меня за совершение хулиганского действия, отмазаться от которого мне не удастся, потому что у них есть видеозапись, — и ткнули пальцем в висящую прямо надо мной камеру.

Я ее не заметил раньше: некогда было. Да если б и заметил, что это изменило бы?

Договорился с ментами за тысячу рублей. Вернулся к Вите, рассказал. Ржали: самый дорогой в истории акт мочеиспускания.