– Ты не монстр. Те люди, которых ты убил… Вот кто настоящие монстры. Не ты.

– Полагаю, мое прозвище изменится после того, как распространится слух о моей безудержной мести. Я больше не буду Золотым Мальчиком Элизиума, а стану Ангелом Смерти, или, быть может, они просто назовут меня Сатаной.

– Замолчи, Сераф.

– Ненавижу, когда ты называешь меня Серафом.

– Знаю.

– Разумеется, знаешь. Вот почему так делаешь. Чтобы разозлить меня.

– Бо́льшую часть времени, но сейчас я использую титул, чтобы напомнить тебе о том, кто ты. Архангел. Тот, кто принес смерть сегодня, но кто вернул жизни четыре года назад. Тот, кто спас меня. Ашер, если бы ты не пришел…

– Не надо. Не произноси этого.

– Не произносить что? Что я обязана тебе жизнью? Но это так. Я обязана тебе жизнью. Моей вечной жизнью.

– Сто двадцать перьев и двадцать пять дней.

– Я смогу, – прошептала я, потому что я могла это сделать.

Его пальцы запутались в моих влажных прядях и обхватили мой затылок.

– Ох, ты сможешь и сделаешь. И нравится тебе это или нет, но я буду держать тебя за руку на протяжении всех твоих миссий.

Мой пульс участился.

– Ты остаешься?

– Остаюсь.

– А как же Клэр?

– Я сказал, что она может отдать меня под суд за неподобающее поведение, когда ты вознесешься.

Я хотела улыбнуться, но мои губы сковал ужас.

– Суд?