Генрих не хотел слушать ни слова, сказанного против его матери. Однажды вечером, лежа в постели, он поделился с Елизаветой своей радостью по поводу того, что долгие годы, проведенные в разлуке с Маргарет, превратились в ничто, стоило им воссоединиться.

– Я очень многим ей обязан, – добавил король. – Я в долгу перед нею, как и перед всеми живыми существами, за великую любовь и привязанность, которые она всегда питала ко мне, хотя часто ей это дорого обходилось.

– Она не переставала надеяться, что однажды вы завоюете Англию, – сказала Елизавета, прижимаясь к нему. – Но пережитые тревоги и беспокойства дают о себе знать. Леди Маргарет то печалилась из-за вражды, то, когда все шло хорошо, боялась, что вражда возобновится. Я тоже должна быть благодарна ей. Именно она первая предложила наш брак.

Генрих повернулся и поцеловал жену:

– Тогда у меня еще больше причин для любви к ней!

Маргарет часто говорила, что надеется основать колледж в Кембридже.

– Я хочу использовать свои богатства для блага других людей и на развитие образования, – сказала она Елизавете во время прогулки в заиндевелом саду Вестминстера. – Как вы считаете, это достойные цели, моя дорогая?

Елизавета ответила, что да. Она с каждым днем сближалась с Маргарет, пытаясь не принимать близко к сердцу, что та жила в такой же роскоши, как она сама, и покровительствовала людям, как королева. При посещении служб в церкви с Генрихом и Елизаветой леди Маргарет восседала под своим особым балдахином с гербами. После вечерни ей подносили вино и специи так же, как королю, а Елизавете не давали ничего. Когда Елизавета шла с процессией по дворцу, Маргарет находилась всего чуть-чуть позади нее. Но ее желание купаться в отраженных лучах славы своего сына было вполне естественным.

Елизавета училась мириться с постоянным присутствием Маргарет рядом с нею или неподалеку. Где бы ни находился король, там будет и она, и Генрих недвусмысленно дал понять жене, что намерен брать с собою мать в путешествия и когда они отправятся объезжать королевство. Он приказал подготовить для нее комнаты во всех королевских резиденциях, часто эти апартаменты находились по соседству с его личными покоями. Служащие короля уже знали, что, делая какие-то приготовления для него и королевы, нужно иметь в виду и его мать. Елизавету это немного угнетало.

Но потом Маргарет обезоруживала ее каким-нибудь неожиданным проявлением доброты и душевности, тогда Елизавета понимала, что не в силах противиться ей и было бы просто глупо нарушать гармонию между ними. Она была благодарна Маргарет за поддержку, которую та с готовностью ей оказывала, и искренне радовалась, что они со свекровью заодно.