Когда испанские послы посетили двор в знойном июле, Елизавета чувствовала себя плохо. У нее два раза не было месячных, и она не сомневалась, что снова беременна, так как страдала от обычной подрывающей силы тошноты. В то утро Генрих вызвал доктора Льюиса, однако прописанные добрым эскулапом средства не помогали. Через два часа явились послы, а Елизавете хотелось только одного – лечь и уснуть, ей силой пришлось заставить себя пройти с королем в процессии на мессу и обратно. Она старалась быть любезной, когда послы перед уходом целовали ей руку, и очень обрадовалась, что леди Маргарет, зная, как дурно ее невестке, взяла на себя дальнейшую церемонию.

По окончании приема Маргарет отправила королеву отдыхать и села рядом с нею.

– Я собиралась написать инфанте, – сказала Елизавета. – Есть кое-какие вещи, которые ей необходимо знать.

– Не утруждайте себя этим, – ответила Маргарет. – Я могу увидеться с доктором де Пуэблой. Что ему передать?

– Вы очень добры. – Елизавета сжала руку свекрови. – Меня беспокоит, легко ли будет говорить с инфантой, когда она прибудет в Англию, думаю, ей нужно посоветовать всегда говорить по-французски с женой ее брата, эрцгерцогиней Маргаритой Австрийской, чтобы выучить язык, потому как я не понимаю латынь и тем более испанский.

– Это очень мудрый совет, моя дорогая. Я передам его доктору де Пуэбле.

– Я также хочу, чтобы инфанта приучилась пить вино. Она, вероятно, не знает, что вода здесь непригодна для питья.

– Я скажу ему. А теперь, Елизавета, вам нужно поспать. Вы же хотите чувствовать себя хорошо, когда мы отправимся в тур по стране.

Маргарет должна была сопровождать их, но сперва Генрих и Елизавета совершили еще одно паломничество в Уолсингем, чтобы помолиться о благополучном обретении сына. Затем король с королевой присоединились к матери Генриха в ее доме в Коллиуэстоне. Находясь там, они заметили, что доктор де Пуэбла каждый день является ко двору обедать со всеми своими слугами.

– У него что, нет денег на еду? – удивился Генрих.

На следующий день ему сообщили, что доктор де Пуэбла вновь приехал в Коллиуэстон.

– Зачем он все время приезжает сюда? – спросил Генрих у лорд-стюарда.

– Поесть! – последовал ответ.

Генрих поймал взгляд Елизаветы, и они оба вдруг расхохотались. Именно в такие моменты между ними возникало удивительное чувство общности и взаимопонимания, и тогда Елизавета забывала все свои опасения насчет Кэтрин Гордон.

Из Коллиуэстона они отправились в летний тур по стране. Елизавета по-прежнему чувствовала себя совершенно измученной, однако постаралась надеть улыбку на лицо и скрыть тот факт, что отупляющая тошнота и постоянная усталость заставляли ее желать лишь одного – лечь в постель. Генрих решил, что из-за ее состояния в этом году тур будет более кратким, однако, хотя дорога требовала напряжения, настроение Елизавете поднимали простые люди, которые сбегались поглядеть на нее и совали ей в руки розы, свертки с маслом и другими домашними продуктами. Женщины, видя неплотно зашнурованное платье, поздравляли ее и желали благополучных родов. Если эти пожелания сотворят чудо, у нее будет прекрасный здоровый сын.