— Как же я рада видеть тебя, не отпускай меня от себя… — щебечу я.

— Никогда я больше не оставлю тебя одну, обещаю!

Джексон отпускает меня, и я ложусь обратно на кровать.

— Джексон, мы попали в аварию.

— С кем?

— С Питером.

— Так, значит, во всем виноват Питер! — озлобленно заключает он. — И моя любимая оказалась из-за него в больнице.

— Нет, не говори так… — отрицаю я. — Все гораздо сложнее, Питер ни в чем не виноват. Просто так вышло, — говорю я, не раскрывая всей правды о том, что явилось предпосылкой нашей аварии.

— Где он сейчас? Я поговорю с ним, что это вообще за такое… Я говорил ему о том, чтобы он защищал тебя, а он… — серьезно грозит Джексон.

По моим глазам заметно подбегают слезы, когда я обращаюсь к мыслям, что Питер сейчас далеко от нас…

— Что с Питером? Где он? Родная, почему ты плачешь?

— Он в коме… — еле произношу я.

— Не может быть… — потеряв дар речи, сообщает Джексон. Он присаживается на край кровати, кладет свою руку на мою, переплетая наши пальцы.

— Но… — пытается Джексон что-то спросить.

— У него травма голова и…

— Не продолжай, ты знаешь его палату?

— Да, она располагается ниже одним этажом. Он лежит в реанимации.

— О нет, брат… Я ещё не общался со своей мамой. Ты не знаешь, как она?

— Джексон, я лишь вчера сама проснулась спустя несколько часов после аварии, поэтому мне неизвестно, но моя мама сообщила, что она все это время проводит у Питера.

— А тебя пустили к нему? Мы можем увидеть его сейчас?