Маски для лица и тела тоже были относительно терпимы, хоть я и не понимал, зачем заставлять кожу сиять, втирая в неё всевозможные крема.

От массажа решительно отказался. Едва массажистка начала разминать мои плечи, почувствовал, что её прикосновения вызывают отвращение. Девушка поначалу расстроилась, но, когда я пообещал заплатить двойную стоимость процедуры, заметно повеселела.

Задремав в кресле, пока приводили в порядок мои руки и ступни, пропустил момент, когда мне в ноздри вставили странные палочки с вязкой зеленоватой субстанцией. Подвох я заподозрил слишком поздно. Девушки стыдливо прикрывали ушки, в то время как зализанный парень попросил повторить под запись некоторые из выражений, которыми я, не скупясь, описал свои впечатления от процедуры и сказал, что думаю об Альберто, который настаивал на её проведении.

Сам блондинистый засранец обнаружился задремавшим в комнате для массажа.

Идея пришла внезапно.

– Мадам Элеонора, – обратился я к хозяйке салона, отрывая её от чтения романа. – А подскажите, какие ещё процедуры у вас имеются?

– Что-то конкретное интересует? – оживилась она.

– Пожалуй, да. Слышал есть такая, где воск используют или специальную пасту из сахара. Кажется, эполяция называется.

– Может быть, эпиляция? Есть такая. Мои девочки курсы повышения квалификации недавно по ней проходили. Она ещё не снискала популярности среди молодых людей, поэтому в прайсе её не найти. Но по просьбам делаем.

– Это просто замечательно! Понимаете, Альберто давно хотел её попробовать, но всё не решался.

– Странно, – удивилась мадам Элеонора. – Почему он не спросил у меня?

– Стесняется, – пожал плечами я.

Об эпиляции я узнал от Молли. Пару лет назад она нам про неё все уши прожужжала. Мол, все её знакомые девочки делают и очень довольны результатом.

В подарок на день рождения она выпросила у меня специальный набор с небольшим самонагревающимся котелком, воском и тканевыми полосками. В последний момент Молли испугалась и попросила у Сэма разрешения потренироваться на нём. Конечно же, он не смог отказать.

На нечеловеческий вопль сбежалось полгильдии. Не поверив, что это настолько болезненно, почти каждый в тот день попробовал на себе пытку воском. Последней была Молли. Девушка даже не пискнула и удивилась – а чего все верещали-то? Кажется, она даже немного обиделась, решив, что её просто разыгрывали, специально пугая. К слову, после этого случая в гильдии Молли зауважали ещё сильнее.

– Хочу предупредить, что процедура не из приятных. Можем сделать щадящую, – предложили мне.

Я отказался, мотивируя тем, что тогда будет задета мужская гордость Альберто. С неё, собственно, и попросил начать, выбрав так называемую глубокую процедуру.

Судя по тому, каким взглядом меня наградили, мой коварный план разгадали. Но, похоже, мадам Элеонора была та ещё хулиганка. С невозмутимым видом она потом демонстрировала негодующему Альберто бланк заказа с его же подписью, в котором магическим образом появилась дополнительная строчка.

Глава 23. Виктория

Графиня Виктория Рубер

Экипаж ожидал у крыльца. Кто бы знал, как мне не хотелось ехать на этот клятый приём. Вот только никто мне не дал право выбора. Наверное, я слишком переоценила свои силы, когда решила, что справлюсь со всем самостоятельно.

Кулон пришлось снять и оставить дома под присмотром Альберто. Во дворце запрещено использование магии и сильных артефактов без личного дозволения императора. Мне, естественно, подобного разрешения никто не выдавал.

Без своего украшения я всегда чувствовала себя неуютно, словно раздетой, и практически никогда его не снимала. Но сегодня со мной едет Крис, и мне стало гораздо спокойнее от присутствия фиктивного супруга рядом.

На приём я надела одно из своих любимых платьев, что привезла из Лобаса. Облегающий силуэт подчёркивал достоинства фигуры, а блестящая ткань переливалась на свету, подобно драгоценностям. По меркам Штернхолда платье весьма вызывающее. Но то, как отреагируют на мой внешний вид во дворце, беспокоило в последнюю очередь. Меня интересовало мнение только одного человека.

Всё ещё чувствуя слабость, осторожно спустилась по ступеням. Кристофер ожидал внизу. Мне хотелось, чтобы он смотрел на меня с восхищением, и мне это удалось. Его красноречивый взгляд сказал всё вместо тысячи слов.

Он и сам выглядел сегодня блестяще. Альберто сдержал своё обещание, сделав из бродяги настоящего принца. Сейчас бы никто не признал в этом статном лорде в элегантном камзоле вчерашнего воришку из Ларрона.

– Крис, а что с Альберто? – шёпотом осторожно поинтересовалась у супруга, глядя, как брат, пожелав мне удачи, удаляется в кабинет. – Мне кажется, или у него походка какая-то странная?

– Разве? А я и не заметил, – прикинулся деревом один невыносимый тип, подставляя мне локоть.

– Крис! Что ты сделал с моим братом?

– Вот лично я – ничего. И пальцем не притронулся!

– Крис!

– Это не по-мужски выдавать наши маленькие секретики! – жеманно надулся он, помогая забраться в экипаж. – И вообще, ты даже не заметила, как блестят мои волосы после салона. Между прочим, какой-то супермодный шампунь с экстрактом чьей-то жожопы.

– Может, жожоба?

– Может, – подозрительно легко согласился он, тут же меняя тему. – Лучше расскажи, к чему мне готовиться во дворце? Альберто мне с этим помочь, увы, не смог. Говорит, не был там после переворота.

– Так-то я тоже не была во дворце больше трёх лет и не знаю, всё ли там осталось, как я запомнила. В последний раз мы там были с…

– С графом Рубером, – понятливо кивнул Крис.

– Тему переворота поднимать нельзя. Это табу. Также запрещено упоминание династии Регисов. Если, конечно, ты не собираешься врать, что со сменой правителя жизнь в империи стала лучше. Может, у особо приближенных к жожобе императора и стала, но не у простолюдинов.

– В общем, лучше молчать и улыбаться.

– Ты всё правильно понял.

Больше мы к этой теме не возвращались. Перед самым прибытием Крис уточнил, точно ли я себя хорошо чувствую. Я видела его решимость развернуть извозчика обратно, стоило мне только намекнуть на плохое самочувствие. И я совру, если скажу, что меня не тронула такая забота.

Стоило нам войти во дворец, как Крис заметно напрягся.

– Крис, ты делаешь мне больно, – осторожно намекнула я, когда его рука чересчур сильно сдавила мою ладонь.

– Прости! – тряхнул головой супруг, словно прогоняя какое-то наваждение, а потом, поднеся мою руку к губам, нежно поцеловал её. – Теперь не больно?

– Теперь нет! – голос предательски сорвался, выдавая волнение, что вызвала подобная незамысловатая ласка. – Тебя что-то встревожило?

Мы медленно шли по коридору в направлении тронного зала. Причём вёл меня Крис, что было странно, ведь, по его словам, он прежде не бывал во дворце. Тем не менее направление угадывал безошибочно.

– Я бы так не сказал, – не сразу ответил он на мой вопрос. – Странное ощущение. Вроде и не был никогда здесь, но что-то всё равно кажется слишком… знакомым.

– После пере… тех событий, – вовремя исправилась я, ибо во дворце даже у стен есть уши, – тут и правда многое изменилось. Император позаботился о том, чтобы ничего не напоминало о прежних правителях. А ведь раньше дворец как будто светился изнутри.

Тяжело вздохнула, вспоминая, как он выглядел пятнадцать лет назад. Тогда мне здесь нравилось больше. Светлые стены с золотыми вензелями, повсюду стояли вазоны с живыми цветами. Тут было уютно. Раньше.

Сейчас же в интерьере практически не было ярких деталей, там, где раньше стояли вазоны, теперь возвышались холодные мраморные статуи, а цветовое разнообразие выражалось во всех оттенках серого, соли и пепла – цветах рода Монтерок.

Незаметно мы подошли к тронному залу.

– Всё будет хорошо, – шепнул мне Крис, опаляя шею горячим дыханием. – Я никому не дам тебя в обиду.

– Потому что обещал Альберто?

– Потому что никто не смеет обижать мою жену.

«Фиктивную… – подумала я с грустью. – Не забывай, Виктория, у вас договор. Крис просто ответственно подходит к его исполнению».

Нацепив на лицо привычную ледяную маску, уверенно шагнула в зал под руку с супругом. Церемониймейстер объявил о нашем прибытии, и все взгляды присутствующих устремились на нас.

Я давно научилась отрешаться от происходящего вокруг. Приёмы меня тяготили, но от обязанностей никуда не деться. Лживые улыбки, обсасывание сплетен за спиной – это всё не для меня.

Незаметно следила за Кристофером. Вот уж кто, как ни удивительно, никакого дискомфорта не испытывал. Гордый профиль, чуть прищуренный острый взгляд, чувственные губы, которые… Ох, нет, не к месту и не ко времени вспоминать подобное.

Наше появление привлекло немало внимания. Я абсолютно уверена, что моё чудесное спасение в порту не обсуждал только ленивый, хоть Альберто и позаботился, чтобы информация не попала в прессу.

Появившийся будто из ниоткуда слуга вежливо предложил напитки. Несколько мгновений Крис придирчиво сканировал высокие бокалы взглядом и только потом взял два из них с подноса.

– Не отравлено? – неудачно пошутила я, принимая напиток, за что получила полный укоризны взгляд.

Пить не собиралась, просто нужно было чем-то руки занять.

– Лучше перестраховаться, чем потом страдать от влюблённости в какого-нибудь конюха, – серьёзным тоном заявили мне. – Или на полночи застрять в уборной верхом на…