Никогда раньше Андрей не поднимал на меня руку.

Вжимаюсь спиной в раковину. Смотрю на него сквозь слезы.

Он же не собирается извиняться. Хватает за плечи, вжимает в себя. Мои руки упираются в его грудь…

— Думаешь, я не видел, как он смотрит на тебя… Словно имеет право так смотреть. Что ты творишь, сестренка? — шипит сквозь стиснутые челюсти.

— Ты сам меня просил подпустить его к себе настолько близко, насколько это возможно.

— Подпустила? — спрашивает, хватая меня за кисти.

От его жестких прикосновений кожа горит. Я дергаюсь, пытаясь ослабить хватку.

— Отпусти!

Качает головой.

— И как тебе с ним трахаться? Нравится? Кончаешь под ним, Злата?

Резкий удар. Я с силой сжимаю веки, ожидая новую порцию боли. Но Андрей лишь бьет кулаком в стену.

Задерживаю дыхание.

Никогда не видела его таким. Хотя казалось, что в детстве я познала все шероховатости и грани его характера. Нет, он не тиран. Вспыльчивый.

И понять его можно. Это я, я оступилась, когда влюбилась во врага нашей семьи… Предала его и память о наших родителях.

Он отворачивается, запуская пальцы в свои волосы.

— Андрей, — кладу ладонь на напряженную спину. Он дергает плечом.

— Ты все испортила. Год подготовки и все полетело к чертям. Я с ног сбился, чтобы разыскать тебя и втереться в доверие…

Молчу. Сказать мне нечего. Я знаю, что он прав, во всем… но и моему сердцу, увы, не прикажешь.

— Я не хочу больше мстить Владу. И не хочу, чтобы ты тоже.

— Даже так, — разворот. Врезается в меня разъяренным взглядом. Я пячусь назад.

Снова хватает, на этот раз за шею. Фиксирует, как провинившегося котенка, чтобы не дергалась.

— Значит так, — чеканит, точно вдалбливает в меня каждое слово. — Наша договоренность в силе. У тебя не получится выйти сухой из воды. Попробовала член? Понравилось? Все! На этом все. И ты сделаешь все, о чем я тебя попрошу… иначе…

Здесь не выдерживаю я.

— Иначе? Что иначе? Ты опустишься до того, что начнешь меня шантажировать?

— Даже не сомневайся… Я не могу отступить. Не сейчас, когда на кону буквально все. Еще чуть-чуть, и я раздавлю Горького. И сделаю это с удовольствием.

Он сошел с ума. Смотрю в его глаза и вижу тот самый одержимый блеск.

— Так нельзя, Андрей. Влад… Он не мог, понимаешь, не мог поджечь наш дом и убить родителей.

— Не мог, значит? — перехватывает мою кисть. Разжимает пальцы, которые я по инерции сжала в кулак. — На, держи, — вкладывает мне в руку черную небольшую флешку.

— Что это?

Пальцы подрагивают. Я как ядовитую змею держу в руках. Хочется поскорее избавиться от этой вещицы, что бы на ней ни было.

— Доказательства вины твоего любовничка. А после просмотра прочти внимательно письмо. Там полная инструкция, что и как тебе делать. Времени мало, Злата. Не подведи меня… больше. У тебя неделя. А иначе вместе с ним пойдешь под откос. Зацепит знатно, не остановишься.

Глава 45

Глава 45

Флешка раскаленным углем выжигает кожу на пальцах. Я с каким-то остервенением сжимаю ее в кулаке, продолжая с ненавистью рассматривать себя в зеркале.

Вот так выглядит предательница. Отражение не врет. Лишь констатирует печальный факт. Я предаю всех, кого люблю.

Языком смахиваю соленую влагу. Да, я плачу. От всего этого. Как же я устала каждый раз делать этот чертов выбор. Но ведь сердцу не прикажешь.

Я все равно не теряю надежду что-нибудь да придумать. Но знаю точно, что совершенно не хочу смотреть содержимое флешки.

Я и так все про Влада знаю… а если и не знаю. Мне все равно. У меня у самой рыльце в пушку.

Кладу флешку на край раковины. Выкручиваю до упора кран с холодной водой.

Капли звонко бьются о белоснежную раковину. Как я… они разбиваются на мелкие частицы, чтобы по итогу оказаться никому не нужными, использованными.

От меня также ничего не останется.

Совсем.

Наверное, это мой крест.

Сердце начинает учащенно биться.

Влад… он там. Ждет меня.

Нужно выходить.

Ледяными пальцами растираю розоватый след от пощечины. След моего падения.

Делаю только хуже. Все лицо горит от страха разоблачения, а еще стыда.

Дрожащие руки опускаю под струю воды. Наклоняюсь, ополаскивая лицо.

— Злата… — подпрыгиваю от голоса за дверью.

Тело колотит.

Влад.

Вытираю досуха лицо и быстро поправляю волосы, приводя себя более-менее в порядок.

— Мне передали, что тебе плохо.

Еще раз бросаю взгляд на свое отражение.

Он заметит. Обязательно заметит, в каком я состоянии.

Закрываю глаза, досчитав до пяти. Резко открываю дверь, натягивая на лицо беззаботную улыбку.

— Я здесь.

Ловит в объятия.

Шумно вдыхаю, затягиваюсь как заядлый наркоман, нуждающаяся в любимом запахе, и моментально пьянею в его руках.

— С тобой точно все в порядке? — отстраняет, заглядывая в мое лицо.

Уверенно киваю, стараясь погасить в его глазах пламя тревоги.

За меня.

Пальцем касаюсь его щеки. Веду к носу, намереваясь разгладить глубокую морщинку меж темных бровей.

Губами перехватывает руку. Нежно целует ладонь. А я, прикрыв глаза от этой незатейливой ласки, схожу с ума от мысли, что все это когда-нибудь закончится.

— Ты бледная, и глаза красные. Ты плакала?

Влад убирает с лица влажную от воды прядь, продолжая смотреть на меня так, что сердце на секунду замирает, обрывается и с исступленным грохотом падает вниз.

— Нет, — смачиваю горло. Во рту пересохло. — Все нормально. Просто что-то желудок прихватило. Тошнит.

Меня и правда тошнит. Только от себя.

Его пальцы бережно обхватывают мою ладонь.

— Пошли в номер?

Нет… не могу оставаться с ним наедине. Мне придется что-то объяснять. А я пока не готова. Совсем не готова.

— Давай еще посидим, — прошу.

Он, соглашаясь, пожимает плечами. Господи… он так мне доверяет, верит… а я…

С такими мыслями спускаюсь на первый этаж. На последней ступеньке замираю, не в силах выйти в зал.

— А твой знакомый ушел? — осторожно спрашиваю, имея в виду Андрея. Я не хочу… не хочу сталкиваться с ним больше. Не сейчас и точно не сегодня.

— Да, сразу, как ты ушла. Мы обо всем договорились. Он обещал помочь.

Горько усмехаюсь.

Сомневаюсь.

Андрей твердо решил идти до финала. А я… а я лишь желаю одного, чтобы он оставил нас с Владом в покое.

Не оставит. Только не Андрей.

Но сейчас у меня появилась небольшая передышка, а позже я обязательно все решу.

Обязательно.

— Я помогу Елене, — высвобождаю из захвата сильных пальцев руку. Тянусь к губам. Слегка касаюсь, чувствуя на своих губах его улыбку.

— Давай.

Смотрит мне вслед.

— Все в порядке? — встречает словами меня Елена.

— Жара сегодня была. Перегрелась, наверное.

Хозяйка дома сострадательно поднимает брови, но никак не комментирует мои слова.

Ну и хорошо. Мне сейчас не до расспросов.

Беру полупустое блюдо, вилки… несу на кухню, бросая взгляд на Влада, растянувшегося на длинном диване. В его руках блестит высокий бокал, наполненный ледяной водой со льдом и мятой. Дарю полуулыбку, а у самой на душе кошки скребут. Мне нужно набраться смелости все ему рассказать.

Нужно, Злата. Это единственный способ… нет, не сохранить нас… только себя, очистив свою совесть.

— Кто это? — Елена озабоченно подходит к панорамному окну. — Там кто-то подъехал. Новые постояльцы приедут только к вечеру.

Я и Влад, не сговариваясь, разворачиваемся на голос Елены.

Чувствую, как пальцы, держащие тарелки, дрожат.

— Влад, это к тебе. Рыжий…

Я вздрагиваю.

Савелий, друг, который подставил меня, бросил.

Смотрю во все глаза. Влад нехотя поднимается, показывая жестом, что сам разберется.

И выходит, прикрывая за собой входную дверь.