Я позаботилась о том, чтобы в моем календаре в этот день значилось: 14:00–16:30 – «Интервью с оперной певицей Луной Ньюман». Интервью с двадцатитрехлетней оперной дивой о ее процедурах ухода за собой действительно было запланировано месяцем позже, так что я не сочиняла, а просто чуть подкорректировала дату встречи…

Мы с Керри покинули здание «Богини» поодиночке с интервалом в пять минут и под разными предлогами, а затем встретились на парковке. Она скользнула на пассажирское сиденье моей машины, и мы двинулись в путь с пристыженными лицами, как школьницы, прогуливающие математику.

Керри теребила свою тюлевую юбку:

– Спасибо, Леони. Я у тебя в долгу.

Я криво улыбнулась в ответ:

– Надеюсь, мы справимся до того, как Афина нас заподозрит. Долго водить ее за нос не получится.

Интервью с Лулу Старк проходило в пресс-центре городского театра – стильном затемненном помещении, из которого открывался живописный вид на башни, шпили и высотные здания Глазго. Панорамное окно обрамляли красные бархатные портьеры, ниспадавшие до самого пола.

Лулу Старк нас уже ждала. Своей заразительной улыбкой она напоминала Ребел Уилсон. Когда мы вошли, хозяйка жестом указала на ядовито-зеленые кресла напротив себя.

После обмена парой светских реплик я начала расспрашивать о ее новой гамме для ухода за кожей. Лулу с восторгом расписывала достоинства «Звездной пыли» и уже перешла к рассказу об экологичной упаковке серии, когда я бросила на Керри многозначительный взгляд. Это послужило ей условным сигналом.

Она стиснула пальцами блокнот, словно готовясь разорвать его в клочья.

– Мисс Старк, – нервно улыбнулась Керри. – Извините, что прерываю, хотела бы кое-что у вас уточнить.

Неожиданно в глубине комнаты замаячила длинная фигура Сета Гордона. Мне стало не по себе – мы и не знали, что в полумраке притаился агент Лулу.

– К нам п-поступила информация, – заплетаясь, начала Керри, – что с-стоимость средств гаммы «Звездная пыль»… – Ей никак не удавалось совладать с голосом. Я ободряюще кивнула, и она продолжила: – …Не соответствует вашим моральным принципам, так сказать.

На круглом, открытом лице Лулу отразилась полная растерянность.

– Простите, я не совсем понимаю. Вы о чем?

Из тени в облегающем темно-синем костюме, как макиавеллиевский злодей, возник Сет Гордон.

– Мисс Старк с радостью обсудит свою новую гамму по уходу за кожей в другой раз. Сейчас не время и не место.

– Это почему же? – вмешалась я с победной улыбкой. – Мы слышали, что ваши кремы поступают в продажу по баснословным ценам. К тому же упаковка, по слухам, не так уж экологична, как вы утверждаете…

– Интервью окончено, – оборвал Сет, нависая над нами с Керри. – Это совершенно неприемлемо. Вы добились интервью с Лулу под ложным предлогом.

– Минутку, – вмешалась Лулу, крутя головой и пытаясь смотреть одновременно на своего агента, на меня и на Керри. – Откуда такие обвинения? У вас есть доказательства? Вы можете их предъявить?

Керри достала из сумки флаер, присланный одним из сотрудников Лулу, но Сет Гордон был тут как тут. Он выхватил листок из рук Керри и пробежал холодным водянистым взглядом по информации.

– Полная чушь! Это состряпала бывшая сотрудница нашей команды! – Он одарил Лулу крокодиловой улыбкой. – Помнишь стремную Симону Уэльс, которую мы наняли полтора года назад? Это точно ее рук дело. Я с самого начала знал, что ей нельзя доверять… И вот результат!

– Дай мне взглянуть, Сет, – потребовала Лулу, вытянув шею и оставив без внимания едкий словесный выпад своего агента.

Сет переложил флаер в другую руку.

– Нет нужды тебя беспокоить, Лулу. Я сам во всем разберусь.

Он прошмыгнул мимо нас с Керри и распахнул дверь.

– Спасибо за визит, дамы.

– Они ведь только что пришли! – возразила Лулу.

– Ничего страшного. О том, как тебе удается совмещать работу с личной жизнью, можно узнать и по телефону, – заявил Сет с хищной ухмылкой. – Спокойно запланируем встречу в зуме. – Он наклонился к Лулу. – Не забудь, что у тебя скоро интервью для «Женского часа» на «Радио-4».

Не успели мы с Керри обменяться понимающими взглядами, как за нами громко захлопнулась дверь.

– Лулу Старк не в курсе! – негодовала я на пути к машине. – Мерзкий тип. Она понятия не имеет, что ею манипулируют.

Керри обернулась и, прищурившись, посмотрела на массивный, выложенный камнем театр в свете ноябрьских сумерек.

– И что теперь делать?

– Переговори со своим источником, может, придумаете что-нибудь еще. А я тем временем разузнаю побольше о нашем приятеле Сете Гордоне – лишняя информация не помешает.

– Да, – кивнула она. – Спасибо.

– Пожалуй, стоит связаться с этой Симоной Уэльс и узнать ее версию событий. Она наверняка не сойдется с версией Сета.

На обратном пути солнце переместилось и глядело на нас сквозь лобовое стекло.

– По-моему, мы напали на что-то из ряда вон, – сказала я, когда мы сели в машину. – Популярную комедиантку, известную своими высокими моральными принципами, водит за нос собственный агент.

Керри резко повернула голову назад, где стояла моя сумка.

– Кажется, твой телефон звонит.

Я заглушила мотор и протянула руку за телефоном. На экране высветился незнакомый номер.

– Мисс Бакстер? Это Флинн Тэлбот, – донесся из трубки сдержанный хрипловатый голос.

От неожиданности я выпрямилась на сиденье. Оказывается, его не поглотила какая-то фотографическая черная дыра.

– Ой, привет. Здравствуйте.

– Мы можем встретиться и поговорить?

Сидящая рядом Керри уткнулась в телефон. Я удивленно заморгала.

– Э-э, да. Конечно. – Вот так сюрприз! Никак совесть проснулась? – О чем вы хотите поговорить?

Собеседник замялся, как будто прикидывая, что сказать.

– О моем дедушке, – наконец выдавил он.

– О вашем дедушке?

– Да.

Молчание.

– Простите, я не совсем понимаю…

– Его тоже зовут Флинн Тэлбот. Меня назвали в его честь.

Кусочки пазла задвигались перед глазами, спеша выстроиться в стройную картинку, и все же я не сразу осознала смысл услышанного. Итак, Флинн Тэлбот действительно родственник человека, которого я разыскивала. У них с дедом одинаковые имена. Боже! Значит, письмо Лили написал дедушка Флинна?! Так какого черта было столько времени морочить мне голову, отрицая всякую связь? Почему сразу не сознаться, что он внук автора письма?

В животе екнуло, а Флинн Тэлбот продолжил, прервав мои разметавшиеся мысли:

– В общем, есть о чем поговорить.

Глава 22

Глава 22

На следующее утро мы сидели напротив друг друга в кафе-мороженом.

Суббота началась с мелкого серебристого дождя, который, однако, не остановил неугомонных туристов, желающих прокатиться на выходные к морю. Самые отважные радостно взирали на серые волны, не страшась пронзительного ветра, другие же ныряли в местные магазинчики, пользуясь случаем накупить рождественских сувениров вроде стеклянных шаров с пиратами и надписью «Силвер-Несс» или пазлов с изображением маяка в снежном вихре. В воздухе пахло смесью морских водорослей и горячего шоколада с фундуком.

Предложение Флинна Тэлбота встретиться ошарашило не меньше, чем откровение о том, что автор письма Лили – его дедушка. Более того, парень зачем-то настоял на встрече в моем родном городке. Неужели захотел посетить места дедушкиной молодости?

Мы сели в небольшом отсеке в дальнем углу кафе, где помещались четыре стола и несколько стульев с разноцветными подушками на завязках. Вокруг оконных рам мигали и переливались рождественские огни.

– Значит, это и есть знаменитый Силвер-Несс?

– А вы никогда здесь не бывали?

В глазах цвета кованого серебра застыло неопределенное выражение, никакого ответа не последовало. В соревнованиях по прострации этот парень стал бы олимпийским чемпионом.

– Почему вы решили со мной поговорить? Почему вдруг передумали? Вы уверены, что человек, написавший письмо, ваш дедушка?

Флинн откинулся, качнув кудрями и вскинув обе руки в оборонительном жесте, как бы говоря: «По одному вопросу за раз!» Затем скрестил на груди руки и поджал губы.

– Уверен.

Я изучала собеседника через стол, пытаясь понять, почему он решил поговорить со мной именно сейчас. Сначала категорически не признавал, что знает своего тезку, отрицал любую с ним связь и утверждал, что одинаковые имена – всего лишь совпадение. А теперь вдруг сознался, что человек, написавший Лили, на самом деле его дедушка.

– А сын, который упоминается в письме?

– Мой отец, Карл.

Я неодобрительно уставилась на него, собирая в уме полученные обрывки информации.

– Вы с самого начала поняли, как только я упомянула о письме, что его автор – ваш дедушка. Так почему ничего не сказали да еще отрицали, что имеете к нему хоть какое-то отношение?

«А потом и вовсе пропали со своими секретами?»

Челюсть с едва проглядывающей темной щетиной напряглась.

– Теперь говорю.

Я едва подавила в себе раздражение:

– Вы могли бы сэкономить мне время и хлопоты, если бы честно признались с самого начала!

Его пристальный взгляд буквально пригвоздил меня к месту.

– Я бросил привычку болтать с журналистами. – «Интересно, что бы это значило?» – И вообще, копать и разбираться во всем – это ваша работа, так ведь?

Он приподнял одну бровь, и я почувствовала, что краснею. Самоуверенный болван!

– Было бы проще рассказать все сразу, – пробурчала я и вернулась к началу разговора. – Так что же произошло? Почему вы передумали и решили вдруг со мной связаться? Хоть это-то объясните. – Меня прошибла внезапная догадка. – Никак совесть проснулась, когда услышали про болезнь Лили?