– Вы хотели бы ее увидеть? – внезапно спросила я.

Он уставился на меня, сложив рот буквой «о». Потом его взгляд переметнулся на Флинна и миссис Оутс. Судорожно глотнув воздуха, он едва заметно кивнул и слабо улыбнулся:

– Да, да! Я хочу увидеть Лили. Мою Лили. Больше всего на свете.

Флинт-старший вскочил на ноги и оправил рубашку.

– Идем.

– Что, прямо сейчас? – обалдел Флинн. – Ты серьезно?

– Я и так потерял уже слишком много времени, – ответил дед. – Хватит!

Флинн растерянно глянул на меня, ища поддержки. Я пожала плечами.

– Ладно, – сдался он. – Едем на моей машине.

Миссис Оутс посторонилась, пропуская нас по коридору. У дверей она пристально посмотрела на Флинна-старшего, пока тот надевал длинное черное пальто и повязывал клетчатый шарф.

– Вы уж, пожалуйста, за ним присмотрите, ладно? – шепнула она. – Он вечно хорохорится, но здоровье уже не то.

Я похлопала ее по руке:

– Обязательно присмотрим.

Глава 29

Глава 29

По дороге в Мерри-Вуд обстановка в машине оставалась накаленной.

Тэлбот-старший настоял, что поедет на заднем сиденье. Я время от времени опускала солнцезащитный козырек и украдкой изучала его в маленькое зеркало. Он сидел, отрешенно глядя в окно и то и дело проводя рукой по волосам.

– Как она? – внезапно спросил он. – Как Лили?

– Ничего, – осторожно ответила я, подбирая слова, чтобы не нарушить данное миссис Крукшенк обещание. – Когда как.

Флинн-старший кивнул и вновь погрузился в созерцание проплывавшего за окнами пейзажа.

Мы подъехали к месту пикника. Последние лучи декабрьского солнца отбрасывали причудливые блики на поляну, перемежаясь с сумеречными тенями.

– Обычно я оставляю машину здесь, – сказала я. – Тут недалеко.

– Я помню, – отозвался мистер Тэлбот с заднего сиденья.

Флинн вышел, запер дверцу и повернулся к деду.

– Тебе не далеко идти? Ты не устанешь?

Флинн-старший поднял голову и посмотрел на внука.

– Я, может, и не первой молодости, но на ногах еще держусь. – Он зашагал вперед. – А ради этой женщины готов пройти хоть через ад.

Его слова вызвали во мне шквал эмоций. Вот бы кто-нибудь так думал обо мне…

Мы шли по колыхавшейся траве, иногда соприкасаясь плечами. Из леса доносилось бодрое пение малиновки. Наконец завеса из густо переплетенных ветвей расступилась, открыв простор тенистой поляны. Мы были уже совсем близко.

Флинн-старший на мгновение замер, видимо собираясь с духом. Затем уверенно припустил вперед, опережая нас.

– Надеюсь, он знает, что делает, – шепнул Флинн.

Мы пересекли поляну, и перед нами замаячила сонная крыша Мерри-Вуда.

Я услышала, как дедушка Флинна глубоко вздохнул.

– Боже правый. Ничего не изменилось. – Он оглянулся на нас. – Страшно подумать: я не возвращался сюда с тех пор, как мы с Астрид развелись.

– Что, ни разу? – поразился Флинн.

– Ни разу. Не мог представить себе этот дом без Лили. – Он остановился, повернувшись к нам. – У меня было на него столько надежд…

– Только жизнь обыкновенно решает все по-своему, – грустно улыбнулась я.

– И не говори, – вздохнул дед.

Мы зачарованно смотрели на заросший диким вереском палисадник и запотевшие окна, которые не помешало бы смазать и покрасить, чтобы вернуть им былой блеск. Казалось, с фотосессии среди призрачных статуй во дворе прошли минуты, а ведь с тех пор столько всего случилось!

Я представила себе Мерри-Вуд, покрытый снегом, как на старой викторианской рождественской открытке.

Собравшись с силами, Флинн-старший повернул к домику Лили. Вокруг дома колыхались гроздья омелы, на бельевой веревке в саду раскачивалась пара чайных полотенец.

– Может, не стоит, дедушка? – осторожно спросил Флинн.

Тэлбот-старший промолчал, однако короткий кивок возвестил, что он не намерен отступать.

Я собиралась постучать в дверь и немного подготовить Лили к нежданной встрече. Но у Флинна-старшего были другие планы. Он ускорил шаг и поднялся на крыльцо. Занес руку – она зависла на мгновение, прежде чем раздался нерешительный стук.

Я затаила дыхание.

Раздался щелчок цепочки, и в проеме появилось недоуменное лицо Лили.

Сначала она увидела перед собой переминающегося с ноги на ногу мистера Тэлбота.

– Лили. Это я.

Миссис Крукшенк несколько секунд вглядывалась в него – и вдруг узнала. Ее рука метнулась к груди.

– Флинн… – едва слышно произнесла она. – Не может быть… Неужели это ты?

– Боже, Лили, как я рад тебя видеть.

На ее растерянном побледневшем лице замелькали эмоции.

– Глазам своим не верю. Это невозможно.

– Я не должен был уезжать в Африку, – забормотал Флинн, окидывая взглядом ее хрупкий стан и копну поседевших волос. – Наше Рождество было волшебным. Я совершил непростительную ошибку, самую большую в своей жизни! – Он продолжал пожирать ее глазами, словно боялся, что она вот-вот исчезнет. – Мы потеряли столько лет, Лили…

Только тут миссис Крукшенк заметила нас, стоявших чуть поодаль. Она вздрогнула и обхватила себя руками. Слабые лучи зимнего солнца осветили сад.

– Т-ты? – запинаясь, спросила она. – Это ты все устроила?

– Я могу все объяснить, – начала я. – Но пусть лучше это сделает Флинн.

Лили резко замотала головой, отчего ее волосы упали на глаза, подобно вуали. Расцветшая было на лице Флинна-старшего надежда мгновенно поникла.

– Нет. Не надо объяснений. Слишком много воды утекло.

Она смотрела на дедушку Флинна страдальческим взглядом, который, казалось, шел из глубин ее истерзанной души.

– Я тебя ждала, а ты так и не вернулся. – Ее пальцы сжали косяк двери. – До меня дошли слухи, что ты уехал на год. – Она сглотнула подступившие к горлу слезы. – Много лет я надеялась увидеть тебя снова. Мерри-Вуд так и стоял, непроданный, и я думала, что ты появишься.

– И я действительно вернулся! – воскликнул Тэлбот-старший. – Я мечтал о жизни с тобой и Карлом в Мерри-Вуде… Но Бернард… – Он запнулся и бросил на меня ошарашенный взгляд. – Я написал тебе письмо, постарался объяснить…

Лили гордо вскинула подбородок. В ее глазах промелькнула боль.

– Какое письмо? Ты наобещал с три короба и ничего не сделал. – Она проглотила обиду. – Удивительно, что у тебя хватило духу появиться тут вновь после стольких лет. Мне от тебя больше ничего не нужно. – Она тряхнула головой, словно разгоняя бурлящие в ней эмоции. – Уходи, Флинн. И не вздумай возвращаться.

Лили шагнула в дом и с силой хлопнула дверью.

Глава 30

Глава 30

– Мистер Тэлбот, – тихо позвала я, обращаясь к его сгорбленной спине. – Наверное, нам лучше уйти.

Он не шелохнулся, продолжая стоять, как растерянный призрак, не понимающий, куда приткнуть свою душу.

– Дедушка, – заговорил Флинн. – Боюсь, надо смириться с тем, что Лили…

Тэлбот-старший молча поднял руку и вновь постучал в дверь, громче прежнего.

– Лили, прошу тебя! Пожалуйста! – Он еще сильнее забарабанил в дверь. – Ты многого не знаешь. Прошу, дай мне шанс.

Ответа на его мольбы не последовало.

Я повернулась к стоящему рядом Флинну:

– Давай отвезем его домой. Так им обоим, по-моему, только хуже.

– Согласен, – кивнул Флинн, – но ты не представляешь, какой он упрямый.

Тэлбот-старший тем временем продолжал стучать в закрытую дверь.

– Ты должна меня выслушать!.. Нет, прости. Ничего ты не должна. Я умоляю тебя, Лили.

По-прежнему ни звука, если не считать слабого шелеста деревьев.

Тогда Флинн-старший решительно выпрямился, сбросил с себя тяжелое пальто и шарф и потянулся к рукавам рубашки.

– Не знаю, видно ли тебе, – сказал он срывающимся от волнения голосом. – Все эти раны – ее рук дело. Астрид меня искалечила.

– Дедушка, – предостерегающе произнес Флинн, – не стоит.

Тот проигнорировал внука. Его голос накалился от эмоций.

– Поначалу я думал, что она изменится. Она клялась и божилась, что изменится. Когда появилась возможность отправиться в Африку, ее и правда будто подменили. На какое-то время она действительно стала другим человеком. – Он поднял голову и втянул полной грудью воздух, наполненный ароматом влажного мха и декабрьского солнца. – Только приступы возобновились еще до возвращения в Шотландию. Я больше не мог этого терпеть.

Занавески в коттедже Лили чуть колыхнулись.

– Когда мы вернулись, я подал на развод, – продолжал он. – Астрид настаивала, чтобы мы продали Мерри-Вуд, но я так и не смог. – Флинн-старший обернулся и посмотрел на огромный пустой дом на другой стороне поляны. – Я представлял себе, как мы заживем там втроем с Карлом. Ведь тебе так нравился дом, особенно сад.

Мучительная тишина продолжалась еще несколько мгновений, как вдруг замок на входной двери щелкнул, заставив нас подскочить от неожиданности. На пороге, отводя волосы от лица, появилась Лили.

– Что у тебя с руками… – прошептала она. – Кто это сделал?

Тэлбот-старший провел кончиками пальцев по искалеченной коже:

– Астрид.

Сочувствие в изумленных глазах Лили сменилось гневом.

– Так почему же ты не пришел? – хрипло проговорила она.

– Я приходил. Однажды. Мне открыл Бернард. – Лицо мистера Тэлбота помрачнело. – Он про нас все знал и сказал, что ты во что бы то ни стало намерена сохранить ваш брак и не желаешь иметь со мной ничего общего.

Лили шире приоткрыла дверь:

– Неправда! Когда это было? Я понятия не имела, что ты с ним разговаривал.

Флинн-старший непонимающе заморгал:

– В твой день рождения. Четырнадцатого февраля тысяча девятьсот семьдесят четвертого года.

– Ты ничего не путаешь? – в волнении переспросила Лили.