— Я тебя не обижу, Асенька, — растягивает Дима губы в улыбке и, ухватив тонкую выбившуюся прядку, перебирает между пальцев. — Ты такая красивая. — Другой рукой ведет по скуле, спускается вниз по щеке.

Стою как деревянная кукла. Даже дышать забываю.

— Оленька, — тянется он ко мне губами, и тут я прихожу в себя.

— Прекратите, — решительно отталкиваю от себя ненавистного мужчину. — Прекратите! Вы меня пугаете!

Дима шарахается в сторону, а я со всех ног бегу в свою комнату и запираю дверь, лихорадочно нажимая на светящиеся кнопки установленного рядом пульта.

Упав на постель, реву от безысходности и отчаяния. Никто не может мне помочь. Никто!

«Один на один с маньяком!» — пытаюсь осознать ужасный факт. Сумасшедший Дима считает меня Ольгой. Вот только этого не хватало. И что теперь делать?

Как вести себя? Сыграть в поддавки или заставить снять все теткины портреты? А их в доме немало. У Димы в кабинете, в гостиной — фотографии в рамках, в холле — огромная, во весь рост инсталляция, светящаяся днем и ночью. Как же я испугалась, когда вчера ночью войдя в дом, увидела ее. Даже ноги подкосились. Сама ли тетка позировала или Дима творил по фотографии, не знаю. Но выглядит очень правдоподобно. Будто тетка моя забралась на стену и оттуда улыбается именно мне. Да и сам дом больше напоминает музей и мало пригоден для жилья. Только ненормальный превратит свое жилище в мемориальный комплекс.

— Асенька, — слышится легкий стук в дверь и Димин голос. — Открой, пожалуйста. Хочу удостовериться, что с тобой все в порядке.

— Я уже разделась и легла, Дмитрий Евгеньевич, — встав с постели, заявляю твердо и решительно. — Я вас боюсь. Пожалуйста, давайте общаться при свидетелях.

— Ася, прости, пожалуйста, — доносится сокрушенный голос хозяина дома. В дверь что-то ударяется с глухим стуком. И мне кажется, это Дима бьется башкой.

Глава 34

Глава 34

«Прости, Асенька!» — читаю записку, которую мне торжественно вручает управляющий дома. Невысокий толстячок с усиками. Двое охранников вносят в комнату корзины роз.

«Интересно, а если не прощу?» — усмехаюсь мысленно. Всю ночь я не могла уснуть, ворочалась с боку на бок на чужой неудобной постели.

Без Темы спать я совершенно разучилась. В чужом доме — тем более.

«Милый мой, любимый! Как ты там без меня?» — вздыхаю я, сминая в руках записку от Димы. Хмуро оглядываю оранжерею в углу комнаты.

— Уберите все! — приказываю резко. — У меня аллергия на цветы. Или хотите, чтобы я тут задохнулась? Так мой муж вас засудит.

— Нет нужды вспоминать тут Сарматова, — появляется на пороге Дима. — Ваш развод — уже дело решенное. Я переговорил с адвокатами. В этой писульке столько пунктов, к которым можно прицепиться.

— Сомневаюсь, что это повлияет на расторжение брака. А вот сделать Артема вдовцом у вас быстрее получится. Зачем вы приказали принести цветы в комнату, Дмитрий Евгеньевич? Я же говорила вам, у меня аллергия, — цежу недовольно и демонстративно выкидываю в корзинку Димину записку.

— Я понял, — кивает он, косясь на скомканный листок в мусорке. — Вынеси все быстро, Рома. Сейчас же! — резко приказывает управляющему.

Задыхаюсь от злости и возмущения. Этот человек творит что хочет. Только я не сдамся. Обняв себя за плечи, подхожу к окну. Хочу открыть створку. Но она не поддается.

— Настоящая тюрьма, — отшатываюсь прочь и выдыхаю, не скрывая отчаяния: — Выйдите все! Сейчас же! У меня тут одиночная камера!

Слезы льются ручьями. Не притворяюсь, и так нервы на пределе. Но краем глаза замечаю, как в ужасе шарахаются охранники и толстый Рома, как, забрав корзины, вылетают из комнаты.

— Вы тоже уйдите, Дима, — устало сажусь на постель. — Не хочу вас видеть. И разговаривать нам с вами не о чем.

— Хватит истерить, Ася. Меня ты этим точно не напугаешь. Ольга вела себя точно так же, — отрезает он холодно.

— Вы ее тоже запирали в непроветриваемом помещении? — смотрю упрямо.

Дима, усмехнувшись, неохотно подходит к окну и открывает створку. Она тоже с электронными примочками.

— Достаточно дотронуться до датчика и повернуть ручку, — терпеливо поясняет он мне и сам усаживается в кресле напротив.

— Поговорим, Асенька? — закинув ногу за ногу, смотрит на меня выжидающе. Серая брючина с идеальной стрелкой задирается, обнажая тонкую лодыжку, обтянутую носком, а дальше — голую волосатую ногу.

Перевожу взгляд, иначе меня сейчас вырвет.

«Истерить нельзя. Так вела себя Ольга. А значит, надо выбрать другую тактику», — размышляю, выравнивая дыхание.

— О чем вы хотели поговорить? — поднимаю заплаканные глаза и дергаюсь, столкнувшись с внимательным и хладнокровным взглядом голубых глаз.

— О нас, милая, — разводит руками Дима. Дескать, о чем еще разговаривать? — Как я уже сказал, через месяц тебя разведут. Еще через два мы поженимся и поедем…

— У меня как раз наступит ПДР, — замечаю тихо. — И я хотела бы, чтобы мой ребенок родился в клинике, где я наблюдаюсь. Чтобы рядом был мой муж, а не посторонние люди.

— Здесь тоже хорошие специалисты. Все пройдет в лучшем виде, — категорично заявляет Дима. — Хватит уже. Смирись.

— Не хочу, — мотаю головой. — Мне не нужны хорошие. Мне нужны мои врачи. Как вы не понимаете!

— Я выпишу тебе из Москвы самых лучших, — раздраженно бросает Дима.

— Мне нужны мои, — повторяю упрямо.

— К чему такое упорство, Оль… прости, Асенька, — быстро поправляется хозяин дома.

— Зачем вам я? Вы же видите не меня, а мою тетку. Но я — не она. И никогда ею не стану. Понимаете?

— Конечно, ты другой человек, — натужно улыбается мне Дима. — И я хочу жениться на тебе. Ты ни в чем не будешь нуждаться, Асенька.

— Если вы хотите на мне жениться, — сцепив руки перед собой, заявляю решительно, — то должны…

— Ну-ка, ну-ка, уже интересно, — смеется он радостно. — А ты быстро сдалась, Ася. Я думал, нам предстоит борьба, когда от ненависти до любви…

— Не торопитесь, — бросаю порывисто. — Дайте договорить.

— Прости, слушаю тебя, — мгновенно подбирается в кресле.

— Если у вас серьезные намерения, я прошу убрать из дома все портреты Ольги! — восклицаю торжественно и немного нервно.

— Что? — обалдело пялится на меня Дима. — Что ты сказала?

Закашлявшись, поднимается с места и идет к дверям.

— Я подумаю, Ася, — отрезает, выходя в коридор. И уезжает куда-то, оставляя меня в доме под присмотром охраны.

Целую неделю я живу спокойно. Заказываю повару любимые блюда, гуляю вдоль озера и думаю, как бы мне отправить геометку Артему.

Первым делом я присматриваюсь к другим жителям элитного поселка. Но видимо, Диму здесь недолюбливают, поскольку стараются пройти побыстрее мимо моих охранников. Соседи бросают на меня недоуменные взгляды. Скорее всего, по их мнению, это Ольга воскресла благодаря Диминым технологиям.

Затем пытаюсь подружиться с кем-нибудь из прислуги или охраны. Но и эта затея проваливается. Никто не хочет идти на контакт. Отвечают односложно и пытаются отойти в сторону.

— Здесь скучно, — заявляю Роме, встречая его в холле. — Мне нужен телефон или ноутбук.

— Зачем? — буравит меня раздраженным взглядом управляющий.

— Поиграть он-лайн, зайти на сайты по акушерству и педиатрии, — пожимаю плечами.

— Вас что-то беспокоит? — напрягается он.

— Да, я очень волнуюсь за здоровье малыша, — кладу руки на живот. — И у меня есть вопросы. Хочу их задать врачу.

— Хорошо, я передам Дмитрию Евгеньевичу, — чинно кивает управляющий и спешит прочь. А через два дня в мою комнату торжественно вносят огромную плазму и ноутбук.

— Социальные сети и почта заблокированы, — с порога предупреждает Роман. — Все сайты «Сармат-групп» тоже.

— Хорошо, спасибо, — тяну недовольно и отворачиваюсь к окну, имитируя полное равнодушие. А внутри меня все поет.

Бинго! Бинго!

Именно этого я и добивалась. Теперь нужно вспомнить самое важное. Название форума по педиатрии, где тусуется Николь. Помню только ее ник. Доктор Никуленька.

Быстро набираю его в поисковом окошке. И сразу в первой строчке система выдает сайт. Захожу, пытаясь сконцентрироваться на главном. Хочу отправить сообщение и сразу натыкаюсь на траблы. Во-первых, надо зарегистрироваться на сайте, а во-вторых, Николь в последний раз была два месяца назад. И где гарантия, что в ближайшие дни зайдет снова? Но самое главное, я понятия не имею, где меня держат.

Глава 35

Глава 35

— А может, она сама ушла? — в который раз невзначай замечает Стас.

— Да пошел ты, — морщусь, как от боли. Сжимаю кулаки, стараясь унять пульсирующую в груди ярость. И сам себя уговариваю.

Она. Не могла.

Хоть тресни, но не могла уйти от меня Ася. Не тот повод. Да, поцапались немного. Но ближе к ночи бы помирились, как обычно. А тут…

— Заткнись, Стас, — отрезает мрачно Джо. — Не до тебя…

Все мои родственники толкутся в гостиной. Мне кажется, с момента, как пропала Ася, мы с семьей не расстаемся. Я все время чувствую поддержку близких. Вовремя приготовленный бутер, который я съедаю на автомате. И сам не понимаю, что я ем. Просто заглатываю пищу, стараясь не расстраивать отряд дирижаблей.

Только мой собственный дирижаблик где?

Поначалу кажется, что это просто какая-то глупая шутка. Ася спряталась где-то в кладовке и скоро вернется. Но перевернутый с ног на голову дом и охранник с разбитой головой говорят за себя.

Это похищение, за которым стоит кто-то слишком коварный. Тайный враг, о существовании которого мы даже не подозревали.