– Я залез в его телефон и понял, что, хотя твоя тетка удалила переписку, он хранил ее в архиве вместе с кучей других – могу только догадываться, зачем ему это. Я не стану говорить тебе, что бы предпочел с ним сделать в первую очередь, – ты бы не одобрила, – мрачно сказал Саша. – Но я придумал другой способ. Я бы сказал, что это не проделает дыру в его банковском счете и не повредит репутации, но это не так.

– Мне не нравится идея, что ты снова свяжешься с чем-то опасным, – сразу возразила Эля, выглядя испуганной. – Тетя уже знает, что я связана с тем звонком, а если появятся новости, что пострадал и он…

– У него полно ненавистников, а новости о слитых переписках появляются каждый день, – парировал Саша. – Не я один умею взламывать телефоны. И конечно, для меня это дело личное, но я считаю, что он должен ответить за то, что сделал и с другими девушками, которые ему доверяли. Грязи в его телефоне предостаточно – любой нормальный парень пришел бы в бешенство. Потянет на статью, если он все не уладит. Но мне бы хотелось, чтобы не уладил. А мы с тобой будем в безопасности. Наши имена не всплывут никогда.

– Благодаря твоему знакомому? – уточнила Эля. Саша кивнул.

– У нас не совсем рабочие отношения. Еще до того, как он получил эту должность, я помог его родственной душе в одном щекотливом деле. Думаю, он это оценил.

– И как это случилось?

– Я был студентом и паршиво себя чувствовал из-за экзамена. Но моя однокурсница доказала, что у ее брата ситуация еще хуже. Не поладил с одной непростой компанией. Я решил помочь. Иногда хорошо, что мир тесен.

Эля сдержанно кивнула, и между ними воцарилось молчание. Она сидела неподвижно, обхватив колени руками и наблюдая за рыбками в аквариуме. Равнодушные к происходящему, они исследовали очищенные от зеленого налета руины замка и ракушки. Саша помогал Эле с мытьем аквариума на прошлой неделе, нуждаясь в том, чтобы немного отвлечься, и был вынужден признать, что это отнюдь не чистое занятие странным образом успокаивало.

– Теперь ты…

– Я тоже…

Они заговорили одновременно, и Эля жестом попросила его закончить.

– Теперь ты знаешь, что со мной происходило. Больше между нами не будет никаких тайн. Я обещаю, – сказал Саша, положив руку ей на колено и слегка сжав. – Что ты хотела сказать?

Избегая его взгляда, Эля бросила взгляд на воротник его рубашки, за которым виднелась цепочка кулона.

– Думаю, – сказала она, – сильнее всего меня ранило не то, что ты принимал нейроблокаторы, и не то, что в наши отношения вмешался посторонний. Ты не доверился мне, когда мы были друзьями, и даже после того, как признались друг другу в любви. Я понимаю, что ты хотел меня уберечь и сохранить наши отношения, но я не хрупкий цветок, который нужно держать в колбе, Саша. Для меня важно все, что и для тебя, и я хочу, чтобы ты никогда не боялся сказать мне, что тебя тревожит. Хорошо?