– Заметано. – Я перевела взгляд на подарок Черри, что лежал у меня на коленях. Мне не очень хотелось открывать его, как будто хороший или плохой, с душой или нет, он представлял собой будущее нашей дружбы. Между нами давно уже не было прежней близости, и я не знала, как мы ее вернем, да и сможем ли теперь. Черри кивнула, когда я сказала ей, что открою его позже.

Гейб задал мне несколько вопросов о том, как у меня продвигается с заявкой в киношколу, но я была слишком сосредоточена на предстоящем судьбоносном экзамене, поэтому он сдался и сказал, что спросит потом.

Когда мы подъехали к офису DMV, я выскочила из машины чуть ли не раньше, чем Гейб припарковался. Я ожидала, что экзамен по вождению займет много времени, но ошибалась. Он растянулся на целую вечность.

Я не сбила ни одного конуса, ни одного малыша на дороге. Остановила машину как положено, а моя параллельная парковка прошла на ура. Я мысленно объявила себя асом за рулем. И мой инструктор согласился. Когда мы вернулись в офис, я исполнила почти что психопатический танец, отчаянно размахивая руками. Гейб, не теряя времени, присоединился ко мне на парковке. Черри была слишком крута для наших танцев, но обняла меня. Я на мгновение растерялась в ее объятиях, первых с тех пор, как Меник вернулся в ее жизнь, и они оставили горьковато-сладкое послевкусие, поскольку мы обе быстро отстранились.

На фотографии в водительском удостоверении я выглядела полубезумной, с каким-то натужным оскалом и жилистой шеей, но вышла на улицу с видом победителя, чувствуя себя Джоном Траволтой в «Лихорадке субботнего вечера».

Незабываемое ощущение.

Необходимость ехать на пассажирском сиденье, когда штат Пенсильвания только что объявил меня годной к вождению, подпортила впечатление, но, по крайней мере, Гейб поставил хорошую музыку.

Я полуобернулась, чтобы обсудить с Черри вопрос, который хотела и в то же время боялась задать:

– Как Меник справляется с вынужденной разлукой?

Она плотно сжала губы:

– Послушай, нам не стоит говорить о нем, ладно?

Это означало, что она все еще с ним. Я могла только вообразить, какую тонну вины он возложил на нее из-за домашнего ареста. Наверняка он нашел способ обвинить ее и в этом тоже. Я серьезно ненавидела этого парня.

Однако ее просьба несколько сбила меня с толку. Если не о футболе и ее отстойном бойфренде – о чем мы обычно говорили? Я все еще пыталась вспомнить, когда заметила, как поникли плечи Черри.

– Он в бешенстве от того, что мы пока не можем встречаться. А Гейб… – она понизила голос до шепота, заставляя меня ближе наклониться к ней, – …отказался передавать наши сообщения.