Она опускается рядом с Марком, а я так и остаюсь стоять у окна. Кожа пылает. Так и хочется прижаться лбом к стеклу, за которым царствует октябрьский холод.

– Если все зайдет слишком далеко, он разобьет тебе сердце, – тихо говорит Марк, и я благодарна ему за это.

Не хочу, чтобы кто-то из домашних даже случайно услышал этот разговор.

– Он ведь может оказаться взрослым мужиком. Женатым или просто странным, – продолжает брат, и мне почему-то становится очень больно.

Вспоминаю голос Оникса, который в последнее время довольно часто слышу в наушниках, и качаю головой:

– Не думаю, что Оникс намного старше меня.

– Откуда такая уверенность?

– У него молодой голос, – пожимаю плечами я, но не оборачиваюсь. Не хочу смотреть на гостей.

На самом деле мне понятны их переживания.

Мама хочет видеть меня нормальным и обычным подростком, который не замыкается в себе, сидя круглыми сутками в тесной комнате. Я буду ей более понятна и близка, если и проблемы мои станут такими же, как у большинства ребят моего возраста. Дружба, отношения, учеба, внешний вид… Это знакомо ей самой. А вот что делать со школьницей, которая боится жить?

Марк же волнуется за меня, потому что знает об Ониксе. Виртуальный парень разобьет сердце так же верно, как любой другой. Возможно, Марк понимает, что игры – мое убежище, а Оникс может случайно разрушить и его.

Катя же – потерянная душа. Она привыкла тусоваться с Аленой, не умеет быть одна, а теперь не знает, куда бы прибиться. Я ее не осуждаю. Наоборот, Катя доставляет мне меньше всего хлопот, потому что ей наверняка плевать на то, что будет со мной и моим сердцем.

Но правда в том, что после всего, что произошло между мной и Ониксом, я не готова отпускать его. Даже если потом мне будет очень больно.

Я искала безопасные впечатления, ради них вписалась в соревнования, а теперь вдруг понимаю, что уже имею желаемое. Чувствую себя живой, но при этом не боюсь. Мне весело с Ониксом, интересно и комфортно. И, что бы ребята ни говорили, у меня нет ощущения, что скоро это кончится, а потому нет и страха.

– Простите, – наконец выдыхаю я. – Мы планировали сегодня поискать ребят в гильдию. Нас должно быть минимум четверо, чтобы заявку на участие в соревнования не отклонили.

– Значит, ты не пойдешь? – спустя долгое молчание подает голос Катя. Он звенит обидой и огорчением.

Она вскакивает с кровати так резко, будто вместо костей у Черновой пружинки. Подходит ко мне и, глядя в глаза, напоминает:

– Ты ведь говорила мне, что подумаешь!

Пожимаю плечами. Мне нечего сказать. Я подумала, решила и высказала мнение.

Ребята выходят из комнаты. Катя причитает, а Марк лишь тяжело вздыхает. На душе неспокойно, будто я и правда сделала что-то плохое.

За гостями еще дверь в мою комнату закрыться не успевает, а я уже сажусь за компьютер и открываю чат игры. Оникс уже онлайн, и я, стуча по клавиатуре, рассказываю ему обо всем, что только что случилось. Просто чтобы вылить душу, отпустить странные чувства… Пишу это, и становится легче. Будто кто-то сдувает с меня толстый слой пыли.

Но когда приходит ответ от Оникса, я застываю, будто каждая мышца в теле затвердела. Так проходит несколько долгих секунд, в которые я ошеломленно смотрю на экран… А потом вскакиваю с места, подлетаю к окну. Взглядом нахожу удаляющиеся силуэты Кати и Марка – они идут к остановке.

Распахиваю створку и что есть сил кричу:

– Стойте! Я с вами!

Глава 17

Глава 17

Оникс

Ему нравится, что в последние недели их общение перестало ограничиваться лишь игрой. Все случилось как-то само собой. Он не планировал раскрепощать Опал, выводить ее на искренние разговоры по душам. Не хотел подводить темы к реальности, потому что там лед становился тоньше. Один шаг – и она поймет, что Оникс ближе, чем можно было бы думать.

Хорошо это или плохо?

Парень садится в кресло и, отставив чай, читает сообщения от Опал. Хотя сейчас, наверное, лучше называть ее настоящим именем. Ведь и говорит Дарьяна о вполне реальных вещах.

Друзья хотят затащить ее на тусовку к девчонке из десятого. Вроде как ту зовут Алена.

Он хмыкает, думая о том, как это странно… Он ведь тоже приглашен на тусовку, а сам с трудом имя именинницы вспоминает. Зато подарок на все случаи жизни готов – деньги лежат в пестром конверте. Сумма в самый раз – не слишком маленькая, чтобы было не стыдно дарить, и не слишком большая, чтобы истратить на подарок все карманные расходы. Правда, будет ли этот презент вручен Алене, еще неясно.

Оникс готов отказаться от вечеринки, если сможет провести эти часы с Дарьяной.

После смерти отца Дарьяна замкнулась. Она обрубила все способы общаться с ней. Бросила спорт, стала неразговорчивой и хмурой. Она точно носит в себе тучу, которая постоянно разражается громом, но слышит его лишь Дарьяна. И каждый раз переживает ураган в одиночестве…

Он быстро понял, что общение вживую – дохлый номер. Дарьяна контактировала с окружающими по минимуму. Ровно столько, чтобы иметь возможность учиться дальше, и ни словом больше.

Дольше года он смотрел, как Дарьяна, которая даже не осознавала, из какой ямы однажды вытащила его, которая помогла ему поверить в себя, стала другом… увядала.

Ни улыбок, ни смеха. И даже голос ее теперь звучал иначе – тускло и бесцветно.

Дарьяна, которую он успел полюбить, теперь походила на призрака, которого силой приковали к миру живых, а она его ненавидела всей душой, считала враждебным и чужим.

И больше всего задевало, что он знает эти чувства, как никто другой. Понимает, как тяжело с ними жить… И помнит, что именно она его однажды спасла.

И как же больно, что он не может сделать для нее то же самое.

Он уже почти опустил руки, почти сдался, когда однажды случайно подслушал разговор Дарьяны с ее братом. Марк был и остается чуть ли не единственным человеком, с которым Силаева общается, не переступая через себя. Тогда они говорили об игре, которая увлекла Дарьяну. Magic and Blade.

Когда она назвала свой ник – Опал, он пообещал себе, что найдет ее. Станет ей лучшим защитником и опорой. Сметет всех обидчиков и достанет для нее любые трофеи, положит к ногам лучшее оружие и за руку отведет к источникам силы, которые найдет сам.

Не зря ведь его в средней школе клеймили задротом? Он хороший игрок, а станет еще лучше.

Ради нее.

Потребовалось время, чтобы стать достойным Опал. Он не мог прийти к ней слабым среднеуровневым игроком. Таких вокруг – тысячи. Нужно было стать тем, кого она выделит в огромном потоке игроков. Стать особенным.

Он проводил много времени в игре, но решающим фактором стали не часы геймплея, а внимательность. Когда Оникс еще в первой локации заметил тайный вход в секретный данж, он вытянул счастливый билет.

Цепочка уникальных, но доступных лишь самым внимательным игрокам квестов привела его в данж в Пыльных землях, к темным богам. Сила в обмен на человечность? Легендарные скилы взамен возможности лечиться зельями и магией?

Пусть. Он был только рад получить эту силу, путь к которой занял долгие месяцы. Но труды окупились, ведь Опал чудом его заметила… Но не узнала, даже когда услышала голос.

Он быстро понял, что дело в старом микрофоне. Тот носит на себе столько слоев изоленты, что мог бы уже сломаться лишь под ее тяжестью. И когда это осознание пришло, Оникс испытал смесь облегчения и огорчения.

Он не решался использовать голосовой чат, потому что боялся – если Дарьяна поймет, что играет со знакомым человеком, она снова ускользнет. Но в то же время он остро желал, чтобы она поняла, кто такой Оникс на самом деле.

Он ужасно скучает.

Каждый раз, включая старый микрофон, помехи которого искажают голос, он с волнением ждет, что она узнает его. Каждый раз, когда они начинают болтать о реальности, ему хочется назвать настоящее имя и назвать ее не ником, а мелодичным и красивым – Дарьяна.

И теперь, когда она снова говорит о людях, которых он знает, о вечере, который они могли бы провести вместе – не в игре, а вживую, сердце болезненно сжимается.

«Скажи ей», – просит оно, и Оникс срывается.

Может, это шанс сблизиться по-настоящему? Разрушить стену из пикселей и шагнуть в настоящий мир… вместе?

«Знаешь, – печатает он слегка дрожащими пальцами, – меня сегодня тоже звали на вечеринку. И начало тоже в шесть. Забавно вышло».

«Правда?» – отправляет в ответ Дарьяна.

«Ага. К старосте десятого класса».

Он откидывается на спинку кресла и ждет. Он не написал ничего такого, что могло бы выдать его личность, но впервые дал Дарьяне пищу для размышлений. Просто намек – он может быть рядом.

«Ты пойдешь?» – спрашивает Дарьяна, и он нервно улыбается.

Это ведь тоже крючок, верно? Она прощупывает его. Если Оникс ответит «да», он даст ей шанс себя поймать. Но Дарьяна воспользуется этим шансом лишь в том случае, если Оникс действительно нравится ей.

Ведь только в таком варианте событий она рискнет оставить выдуманный мир и отправиться на поиски Оникса в настоящий.

«Да», – пишет он с ощущением, будто вступает в новую сложную игру.

Может быть, они встретятся сегодня на вечеринке. И если это случится и Оникс поймет, что небезразличен Дарьяне, то он признается ей во всем.