В ту ночь она положила голову ему на плечо и закрыла глаза.

Ветер хлестал дождем, еще не превратившимся в снежную крупу или в пушистые хлопья. Его крупные капли ударили Нолу по лицу, когда она вышла из машины и направилась к дому. Лароуз находился наверху, дверь в его комнату была полуоткрыта. Подойдя к ней, Нола услышала, как мальчик беседует сам с собой, или верней, ведет воображаемый диалог. Лароуз часто говорил вслух, играя со своими фигурками. Он устраивал для них настоящую цитадель, используя для нее наборы «Лего», кубики, магниты, старый строительный конструктор, «Тинкертойз»[218], ненужные болты и кусочки металла, а также пластиковые коробки из-под сливочного масла и крекеров. Это волшебное здание атаковали и защищали члены альянсов, которые формировались и видоизменялись по его воле в процессе игр с пластмассовыми существами, найденными в коробке с игрушками Дасти или полученными в подарок. Их звали Тетрахеллемон, Вонтро, Зеленая Гроза, Молния, Болотник, Сикер, Максмиллионз, Бородавочник, Симитрон, Ксор, Тор, Хайки и Капитан.

Лароуз никогда не играл на людях, стыдясь своих ребяческих забав. Обычно он предавался им за плотно закрытой дверью и понизив голос до шепота. Но сегодня Лароуз был настолько поглощен разворачивающейся в его воображении драмой, что не услышал шагов Нолы и не почувствовал, что она его слышит.

— Давайте соединим наши кулаки и промчимся на ракетных двигателях над динозаврами.

— Не толкайся!

— Я повторяю.

— Плазменный бот прикроет нам спину. Мы в безопасности.

— Уводи Ксора! Быстрей! Он слабеет!

— Он попал в пасть к трицератопсу!

— Хорошо, Хайки. Капитан тоже молодчина.

— Не используй этого бойца, Дасти.

— Вчера он потерял свою мощь. Теперь восстанавливается в камере.

— Зеленая Гроза остановит заражение!

— Цикл начался, и мы должны завершить создание этой вселенной.

— Максмиллионз. Возьми Максмиллионза.

— Да, ты Секер. Нажимай на кнопку!

— Теперь изобрази взрывы. Та-дах-х-х! Б-дуч-ч-ч! И тихое потрескивание пластика.

Нола тихо опустилась на пол рядом с открытой дверью и прислонилась к стене. Лицо ее было мирным, глаза опущены вниз. Губы слегка двигались, как будто она повторяла имя или молитву.

Она все слышала. То была эпическая битва света и тьмы. Ее герои пронзали ткань времени. Преобразовывали пространство. Их ряды крепли и пополнялись. Контуры неизвестных существ сливались с очертаниями известных. Миры плавились. Измерения превращались в ничто. Двое мальчиков играли.