Следующий день, 14 октября, тоже не принес в Главную Ставку особых радостей. более того, Манштейн доложил Главком у ОКХ об оставлении Запорожья. Гитлер тут же позвонил командующему 6-й армией Холлидту. Разговор получился коротким:

- Генерал Холлидт! Только что я получил неприятное сообщение от фельдмаршала Манштейна об отходе 1-й танковой армии из Запорожья. Рушится оборонительный «Восточный вал». Большевики настойчиво рвутся к Днепру в его устье. Я надеюсь, что так не случится с нашей обороной на реке Молочной. Поэтому я принял окончательное решение, Холлидт, любой ценой остановить здесь большевиков и разгромить их войска у Мелитополя. Полагаю, что у вас хватит для этого умения и твердости!

- Мой фюрер, - возразил Холлидт, - как раз достаточных сил для выполнения этой задачи у меня и не хватает. Я убедительно прошу вас о подкреплениях.

- Но в вашей армии имеется двадцать дивизий, генерал Холлидт! - бросил в ответ Гитлер.

- Мой фюрер! Двадцать дивизий у меня было два месяца назад в Донбассе. Теперь их нет. Остатки трех дивизий я объединил в группы, которые и обороняют «Восточный вал» по реке Молочной. Вы не можете себе представить, что здесь на самом деле происходит!

Гитлер как-то сразу умерил свой пыл и уже спокойным тоном бросил в телефонную трубку:

- ОКВ, Холлидт, перебрасывает все больше свежих резервов из Франции. Группа армий «Юг» только что получила две пехотные и одну танковую дивизии. Разве Манштейн ничего не выделил вам из этих сил?

- Эти силы, мой фюрер, брошены Манштейном на Киевское направление, - доложил Холлидт.

- Холлидт, держитесь! Я надеюсь на вас. Можете объявить своему личному составу о выплате повышенного денежного содержания.

- Яволь, мой фюрер! - отчеканил Холлидт.

Положение на юге Украины превращалось для «Вольфшанце» в сплошную ноющую рану. 25 октября Гитлер обратился с письмом к маршалу Антонеску. «Обстановка на фронте Южной группы армий в связи с расширением противником плацдарма в районе Кременчуга за последние несколько дней резко обострилась. В связи с этим я принял соответствующие контрмеры, однако для полного устранения угрожающей нам опасности требуется максимальное напряжение сил… Каждая румынская дивизия, прибывающая на фронт, даст мне возможность освободить немецкие дивизии для контрнаступления, что может оказать огромное влияние на восстановление положения в районе Нижнего Днепра».

Перебрасываемые с Запада подкрепления рассредоточивались по фронту от Коростеня до Каховки. Предпочтение отдавалось Киевскому и Кировоградскому направлениям, где формировались ударные группировки для прорыва на Ромны и в Донбасс. В распоряжение командующего группой армий «А» Клейста перепадало мало сил, и он не мог гарантировать удержание ключевых рубежей в устье Днепра и в Северной Таврии.