Завершилась оперативная пауза в полосе наступления Белорусского фронта генерала Рокоссовского. Сосредоточив на Лоевском плацдарме 48-ю, 65-ю, 61-ю армии, 1-й Донской гвардейский и 9-й танковые корпуса, 2-й и 7-й гвардейские кавкорпуса, а также 4-й арткорпус прорыва РВГК, войска Белорусского фронта 10 ноября перешли в наступление на Речицу и Калинковичи.

Ставка пристально следила за ходом Киевской операции. В директиве от 12 ноября она предупредила Ватутина о том, что противник сосредоточивает в районе Фастов - Триполье крупную подвижную группировку, собирает силы для контрудара на Фастов - Киев.

Равновесие сил, поддерживаемое до 14 ноября, круто изменилось на следующий день. За счет перегруппировок и подхода новых сил командующий группой армий «Юг» сколотил южнее Фастова маневренную группировку в составе пятнадцати дивизий, включая семь танковых и одну моторизованную, и 15 ноября бросил ее на Киев. У Житомирского шоссе и Белой Церкви разгорелись жестокие бои. Не устояли и начали отход 38-я и 3-я гвардейская танковая армии генералов Москаленко и Рыбалко.

Ставка немедленно приняла ответные меры. Командующий 1-м Украинским фронтом получил директиву: «Приостановить наступление на Бердичев. Усилить левый фланг 38-й армии на участке Фастов - Триполье танковыми, артиллерийскими и инженерными частями, что бы не допустить прорыва противника к Киеву с юга».

Вечером 20 ноября в штаб Белорусского фронта позвонил Верховный. Сталин на этот раз не стал расспрашивать Рокоссовского об обстановке в районе Гомеля, а сразу заговорил о предмете своего беспокойства:

- В районе Киева, товарищ Рокоссовский, сложилась крайне неблагоприятная обстановка. Сегодня противник захватил Житомир. Ставку очень беспокоит и судьба столицы Украины Киева. Положение становится угрожающим. Если так пойдет и дальше, то немец может скоро ударить и во фланг войскам вашего Белорусского фронта.

Монолог Верховного получился тревожным, раздраженным. Когда Сталин умолк, Рокоссовский сказал:

- Верховное Командование вермахта, товарищ Сталин, хорошо понимает, что дальнейшие утраты на Украине могут окончательно подорвать позиции Германии и ее союзников. Следовало ожидать, что Манштейн попытается изменить ситуацию и захватить Киев…

- Но мы не можем допустить этого, товарищ Рокоссовский. Киев сдавать ни в коем случае нельзя!

- Конечно нельзя, товарищ Сталин. Ставка должна оказать генералу Ватутину помощь резервами…

Сталин снова прервал собеседника:

- Дело не в резервах. Сил у Ватутина хватает. Ставка уже подкрепила его фронт 1-й гвардейской армией и 25-м танковым корпусом Кузнецова и Аникушкина.