На пятый день Мар Дук воскрешается и принимается за божественные дела: решает, кого из людей занести в книгу жизни, а кого вычеркнуть, оросить ли в новом году землю благодатными дождями или наслать засуху, сотворить войну или мир. Мар Дук решает, кто в очередном году будет возведён на престол в Вавилоне.

Согласно древней традиции обычно искать нового царя не требуется. Боги позволяли оставить прежнего, «обновив» его, для чего он проходил «обряд унижения». Нужно преклонить колени перед статуей бога; затем несколько раз его били по лицу и дёргали за уши. При этом кандидат в цари взывал к милости Мар Дука, во всеуслышание признавался в совершенных за год грехах и дурных поступках. Если кандидат в цари плакал, это принималось за хороший знак. Ублаженный обрядом бог, сменяя гнев на милость, разрешал царствовать ещё год. И теперь прежний царь воспринимался народом как «новый» правитель, вавилоняне восторженно его почитали, как посланника бога. Затем царь устраивал для народа праздничные развлечения с угощением и обильной выпивкой.

На восьмой день празднования Нового года в храме Мар Дука расставляются статуи всех вавилонских богов соразмерно со значимостью для людей, и жрецы совершают театрализованный ритуал, во время которого новый царь изображает Мар Дука и в этой роли становится защитником людей. В этом же обличии в последнюю ночь торжества он соединяется священным браком с «невестой», наречённой богиней Иштар. Наутро городская жизнь в Вавилоне возобновляется, в сельской местности начинается пахота и сев, во время которых соблюдается ещё один обряд, завещанный предками: на первой борозде молодые мужчины и женщины совершают магический акт совокупления, возрождающий плодоносные силы природы, воспроизводство населения и домашнего скота.

Александр с понятием отнёсся к рассказу жреца храма Мар Дука, хотя он не понял, почему кандидат в цари должен испытывать унижения от священнослужителя. Жрец замялся, подбирая слова:

— Всё ради Вавилона и блага народа. А то, что ты называешь унижением, служило напоминанием, что цари своим положением обязаны не только богу, но ещё жрецам.

Откровение Таб-цилли развеселило Александра:

— Я так и понял! Но смею заметить, что без царя жрецы так же ни дня не проживут, как они хотели бы.

Уже вечерело, когда Александр засобирался из святилища. Прошёл к колеснице, и вдруг территория осветилась ярким дымным светом. Вспыхнули развешанные повсюду факелы. Без участия человека! Огни разгорались, слегка шипели, роняя на землю пылающие капли. Царь с удивлением посмотрел на Таб-цилли и сразу понял, что на него хотели произвести впечатление. Понял, какие слова хочет услышать главный жрец.