Там же, на фронте, Носов по личной инициативе занялся просмотром поступающих из России писем. Таким образом ему удалось раскрыть несколько солдатских организаций РСДРП. Он немедля выдал их жандармам, за что получил чин коллежского советника и орден.

Революционные события сильно напугали Носова. Боясь возмездия за предательство, он избрал провинцию и ограничился скромной должностью начальника керченской крепостной почтовой конторы. Но и здесь, как и на Дальнем Востоке, занялся перлюстрацией писем, считая эту работу своим истинным призванием в жизни. Он ловко вскрывал любое письмо, умело разбирал шифровки, прочитывал самые секретные бумаги штаба крепости. Ни Фирсов, ни жандармский ротмистр Саблин даже не подозревали этого.

Любезный и предупредительный с окружающими, Носов производил впечатление обаятельного человека, но в глубине души был сух и чёрств. Жену, на которой женился по расчёту, не любил, но на хорошеньких женщин засматривался. К вину не имел пристрастия, твёрдо памятуя, что под пьяную руку можно и проболтаться.

Единственным его развлечением была рыбная ловля. Целыми днями он просиживал на мостках купален или на молу пристани с удочкой в руках, а то и просто с верёвочкой с привязанным к ней крючком. Прожорливые бычки хорошо шли и на такую приманку. Ловлю неводом Носов не признавал, считая её «нечестной»… по отношению к рыбам.

Крепостного почтмейстера принимали в крепости за милого и безвредного чудака, и только начальник крепостной жандармской команды смутно догадывался, кто такой в действительности Носов.

– Тонкая штучка наш почтмейстер, ой тонкая штучка! – говаривал он в кругу своих близких знакомых и сослуживцев.

Нина Александровна Селезнёва давно нравилась почтмейстеру, о чём она без труда догадалась по его мимолётным, но многозначительным взглядам. Иногда, ради чисто женского желания пококетничать, она заходила на почту поболтать со своим застенчивым поклонником. Носов всегда с радостью встречал её и на время откладывал все дела.

На этот раз Селезнёва зашла на почту под благовидным предлогом отправить заказное письмо и купить конвертов. Носов тотчас с любезнейшей улыбкой принялся за оформление её корреспонденции, а она, как обычно, начала жаловаться на однообразие жизни в крепости, на скуку.

– Только и отрада получить интересное письмо! – кокетливо вздохнула она. – Но личную переписку я вовек не доверила бы почте!

– Почему? – удивился Носов.

– Я слышала, что некоторые письма просматриваются на почте! – ответила Селезнёва.

– Мы не жандармы, и это в наши обязанности не входит, – спокойно ответил Носов.