Через несколько минут нос лодки с разгону врезался в песчаный берег, от неё шли к берегу по колени в бурлящей воде. Внезапно разразился страшный ливень. Блохин и Гойда забрались под лежащую на берегу барку и там пережидали грозу.

Было уже за полночь, когда они, наконец, добрались на Митридатскую, на квартиру Волкова. Там их с нетерпением уже ожидали Петрович и Волков.

– Прибыли, значит! – обрадовано встретил их Петрович. – А мы думали, что вы не рискнёте в такой шторм идти в Керчь.

– Да, досталось нам здорово. Мотало так, что я думал – всё нутро наизнанку вывернет. Да и до сих пор меня бросает из стороны в сторону, – признался Блохин.

– Пройдёт, – успокоил его Гойда. – Конечно, можно было повременить немножко, да в такую погоду лучше: ни один чёрт не встретится по дороге.

– Что верно, то верно, – согласился с ним Волков. Как гостеприимный хозяин он поставил на стол бутылку вина и закуски.

За ужином Блохин расспрашивал о крепости, о Борейко. Узнав, что авторитет штабс-капитана очень возрос после посещения крепости генералом Никитиным, он обрадовался.

– С его помощью, пожалуй, удастся устроиться на работу в артиллерийские мастерские. Прекрасная это пара – Ольга Семёновна и её муж! В беде никогда не подведут. Я их знаю по Артуру. А Ольгу Семёновну по-настоящему узнал в Москве, в пятом году – на Пресне. Побольше бы таких людей в партии. Где бы повидаться с Ольгой Семёновной? – интересовался Блохин. – Приветы надо передать им от питерских друзей.

– Завтра она будет на рынке, приедет за почтой. Наверняка захочет свидеться с вами, – отозвался Петрович.

– С документами-то у вас как, всё в порядке? – спросил Волков.

– Паспорт – первый сорт, на имя бывшего унтер-офицера лейб-гвардии Семёновского полка Гордеева Ерофея Павловича. Не как-нибудь! Прописан в Гадяче Полтавской губернии, откуда Гордеев родом. Есть выписка из приказа по полку с благодарностями. Вот посмотрите! – протянул Блохин одну из бумаг Волкову.

Пётр прочитал вслух:

– «Выписка из приказа по лейб-гвардии Семёновскому полку. 22 декабря 1905 г. Пункт десятый. Старшему унтер-офицеру 10-й роты Гордееву Ерофею объявляю благодарность за находчивость и решительные действия, проявленные 1 декабря на улице Пресня в г. Москве в отношении бунтовщиков, благодаря чему удалось быстро пресечь возникновение беспорядков в районе расположения тыла полка. Подлинный подписал Свиты Его Величества генерал-майор Ман».

– С такими документами хоть в жандармы поступай! – отметил Петрович.

– А вот награда за то же, – показал Блохин серебряные именные часы. На внутренней стороне крышки было написано: «Лейб-гвардии Семёновского полка ст. унт. – оф. Гордееву Е. П. за исключительную храбрость и находчивость при подавлении мятежа в Москве в декабре 1905 года».