Прибытие сюда политических заключённых открывало перед ротмистром широкие возможности быстрого продвижения по службе, и он решил использовать эти возможности как можно лучше.

Худощавый и сутуловатый, с жидкими светлыми волосами и потасканным лицом, Саблин производил впечатление пожилого человека, хотя был ещё сравнительно молод – недавно ему стукнуло тридцать лет. Он всюду совал свой нос, выискивая крамолу. Перед начальством Саблин раболепствовал, с подчинёнными держался грубо, надменно. В крепости его не любили, и этому в значительной степени способствовала его жена – сплетница и большая интриганка.

– Не желаете ли, господин полковник, лично познакомиться с доставленными арестантами? – справился Саблин у Фирсова.

– Хорошо, я сейчас подойду, – ответил полковник.

Ротмистр вышел к заключённым, остановился посредине комнаты и, заложив руки за аксельбанты, резким тоном отчеканил:

– Советую вам хорошенько запомнить, что вы прибыли сюда не для развлечения или отдыха, а для отбытия положенного наказания за совершённые вами тяжкие преступления. Вот инструкция о порядке содержания вас в заключении. Ознакомьтесь хорошенько с нею. Я буду строго её придерживаться и никаких поблажек не допущу.

– Поблажек не надо, но издеваться над собой не позволим, – спокойно возразила ему Коссачёва. Она сразу обращала на себя внимание своим редкой красоты лицом, тонким и бледным. Серые глаза смотрели строго и спокойно из-под пушистых тёмных бровей. Чёрный платок не закрывал тёмных, припорошенных лёгкой сединой волос.

– Советую вам не умничать! Я буду точно придерживаться инструкции и заставлю вас делать то же самое, – резко ответил ротмистр.

– В ваших советах мы не нуждаемся! – произнёс тщедушный на вид учитель Вонсович, поглаживая рукой свою седеющую шевелюру.

Ротмистр вспыхнул и строго проговорил:

– За нарушение инструкции буду сажать виновных в тёмный карцер.

– Спокойно, господин ротмистр, – прозвучал за спиной Саблина уверенный, насмешливый голос. Саблин, резко обернувшись, встретился взглядом с умными, чуть прищуренными в лучиках-морщинках глазами немолодого человека в короткой тёплой куртке. – Не пугайте, мы не из трусливых.

– Посмотрим, какова твоя храбрость.

– Нашёл чем пугать, – всё так же с издёвкой спокойно продолжал рабочий.

– Для начала отправлю тебя на неделю в подземный карцер! – обозлился Саблин.

– Товарищ Климов, – улыбнулась рабочему женщина, – мне кажется, что наш жандарм верен своему сословию.

– Молчать! – прикрикнул Саблин.

В это время вошёл Фирсов. Ротмистр доложил ему:

– Не успели появиться у нас, как начинают дерзить.