– Вынужден предупредить вас, господа, что мы строго будем руководствоваться инструкцией, полученной из Петербурга. Надеюсь, и вы её будете соблюдать, и тогда у нас не возникнет никаких недоразумений, – обратился к заключённым полковник.

Его благожелательный тон произвёл хорошее впечатление на заключённых, и уже не так резко, как Саблину, были заявлены претензии о питании, бане, враче. Выслушав их, Фирсов обещал удовлетворить всё, что не будет идти вразрез с инструкцией.

Адъютант доложил о прибытии доктора Спиртова и его заместителя по лазарету.

– Вот вашу претензию о враче мы и удовлетворили, – обратился Фирсов к Коссачёвой и приказал Спиртову осмотреть больную.

После осмотра доктора пришли к выводу, что здоровье Коссачёвой плохое, и что ей необходимо, прежде всего, усиленное питание и пребывание на свежем воздухе. Иначе туберкулёз быстро сведет её в могилу.

– Госпожу Коссачёву нельзя помещать в сырой каземат. Это равносильно вынесению ей смертного приговора, – объявил Спиртов.

– Она прибыла сюда не для поправки своего здоровья, а для отбытия наказания как государственная преступница, – возразил было Саблин.

– Истязать больную мы не имеем права. Временно придётся поместить Коссачёву при штабе. Зарешетим окно в одной из комнат, установим пост около её двери и попробуем подлечить. Остальных заключённых немедленно переправить на форт Тотлебен, – распорядился Фирсов.

Спиртов осмотрел и четырёх заключённых мужчин. Жандармы по очереди называли их фамилии, и врач начинал их выстукивать, выслушивать, мять. Здоровье всех, хотя и было ослаблено тюремным заключением, но серьёзных опасений не внушало.

– При нормальном питании выдержат заключение в каземате, – высказал своё мнение Спиртов.

Так Спиртов одним из первых узнал о появлении в крепости политзаключённых, а также их фамилии.

Вернувшись из крепости, доктор тщательно побрился, надушился, надел новый китель и объявил, что едет в городскую больницу на консультацию. Побыв в больнице не больше четверти часа, Спиртов направился в знакомый ему домик в рыбацком пригороде, где проживал его страдавший запоем пациент. Там он снова, будто случайно, встретился с Павлом Тимофеевичем, и в беседе, между прочим, назвал ему фамилии прибывших узников и рассказал о состоянии их здоровья.

В тот же вечер в принесённой из роты папке для подписи бумаг Борейко обнаружил список доставленных сегодня в штаб крепости политических заключённых. В нём все они были перечислены с указанием года рождения, постоянного места жительства, профессии, статей закона, по которым привлекались к ответственности, мер наказания и какой срок они уже отбыли.