– Подсудимый, закончили. Проследуйте в КПЗ! – сказал пристав.

– Удачи тебе, дружище! – сказал я.

Илюху увели.

Я посмотрел на Настю.

– Ему бы в парламенте выступать, а не на скамье подсудимых, – сказала Она. – Выступи он там, всё могло бы быть совершенно иначе. Но иногда одни и те же слова, сказанные одними и теми же людьми в разных местах, имеют диаметрально противоположный эффект.

Судья не томила всех слишком долго.

Приговор огласили уже через час. К моему удивлению, к этому моменту в зале судебных заседаний собралось человек тридцать студентов, – все они ждали с нетерпением. Вошёл прокурор и ввели Илюху. Когда зашла судья, все встали, а потом сели, в зале повисла удивительная тишина, – такая тишина была Вначале, ещё до того, как был сказано Слово.

– Курбский Илья Андреевич, – произнесла судья. – Суд признаёт вас виновным в совершении преступления по пункту 3 статьи 228 Уголовного Кодекса Российской Федерации… – я не могу сказать, что меня удивили её слова: после всего сказанного я ожидал именно их, и, всё же, я был обескуражен, – … в связи с тем, что подсудимый не признал своей вины и не способствовал продвижению дела, суд приговаривает вас к десяти годам колонии общего режима. Настоящее решение может быть обжаловано в вышестоящей инстанции. От себя хочу добавить, что через пять лет вы имеете право подать прошение об условно досрочном освобождении. Подсудимый, вам понятен приговор?

– Вполне, – бодрым голосом ответил Илюха.

– В таком случае…

– Ваша честь, я хотел бы просить вас отложить моё заключение на один день, – произнёс Илюха. – Я не планирую обжаловать решение суда и не собираюсь сбегать. Мне нужно закончить дела и попрощаться с близкими.

– Это возможно при внесении залога на сумму 150 тысяч рублей, – сказала судья. – У вас будет 24 часа.

– Я могу считать залогом деньги, которые были изъяты у меня во время обыска? – спросил Илюха. – Там 174 тысячи рублей.

– Можете, – кивнула судья. – Но через 24 часа вы должны явиться.

– Спасибо, – сказал Илья.

– Слушание по делу объявляется закрытым!

Мы вместе с Илюхой и Настей вышли из здания Тверского суда.

– Ну что, какой план? – спросил я.