В итоге я сорвался и отправил текст сразу в три газеты: «Известия», «Газету» и «Новую». Но ни в одном издании мне не ответили: все обещали перезвонить, но никто не перезванивал.

На то, чтобы обзвонить все издания и добиться какого-то ответа у меня ушло два дня. Но никто не взял мой материал.

Я уже решил было идти с этой темой на «Эхо Москвы», когда на мою электронную почту пришло письмо от редактора отдела «Общество» газеты «Известия». Она приглашала меня встретиться у них в офисе на Пушкинской. Я согласился без всяких раздумий. Встреча была назначена на следующий день.

Впервые в жизни я понял, что не знаю, как мне одеться: я должен был выглядеть представительно, но у меня совершенно не было подходящей одежды – только джинсы, футболки и клетчатые рубашки. Я вытащил все свои вещи из шкафа в спальне, свалил их на кровати и начал прикидывать, как же мне нарядиться.

– Солнце, ты собираешься на бал? – спросила Настя (я не слышал, как Она вошла).

– На встречу, – пробурчал я.

– Ну так оденься, как всегда.

– В джинсы и футболку?

– Ну да, – ты же идёшь в газету, а не в банк. Журналисты обычно одеваются чёрт знает как.

– Ты серьёзно?

– Я работаю в журнале и хорошо это знаю, – сказала Она. – Разве что ты собираешься в глянец.

– «Известия» не слишком подходят под эту характеристику.

На следующее утро я пришёл в редакцию газеты в джинсах, кедах и белой футболке.

Редактором оказалась приятная женщина интеллигентного вида, ей было около сорока, она была сдержанно, но очень просто одета и вежливо улыбалась.

– Добрый день, Василий! – поздоровалась она, словно была очень рада со мной познакомиться.

Я вежливо поздоровался в ответ.

– Я внимательно прочитала вашу статью – очень живо написана! – сказала редактор. Я был польщён, а она продолжала: – К сожалению, мы не можем публиковать работы в подобном жанре, она слишком субъективна.

– Она отражает действительность и холодные факты, – отметил я.