Но тогда зловоние стало непереносимо. Гавейн никак не угадывал его причину, дивясь, однако, что уже не попадается под руку ни одной змеи. Когда настала ночь, девица привязала к оконечности другого шеста мясные припасы, которые спустила туда же в темницу, добавив к ним хрустальный фонарь с горящей свечой. Мессир Гавейн огляделся вокруг: в одном углу лежала груда сплетенных бездыханных змей. Девица умудрилась и еще кое в чем: на следующую ночь она завернула еду мессира Гавейна в свои одежды; эти одежды уберегли его от холода. В другой раз она протянула ему на конце длинной палки белые простыни, подушку и стеганое одеяло. Спасенный тем самым от голода, нечистых тварей и холода, он двадцать раз благословил свою благодетельницу; но еще признался ей, что не может выносить зловония от змеиных трупов.

– Стало быть, надо и это устроить, – сказала она.

И она развела перед окном огонь из серы, смешанной со щепоткой ладана. Когда он разгорелся, она бросила несколько горящих головней в темницу. Зловоние тотчас исчезло; мессир Гавейн вздохнул полной грудью и уже не знал иных бед, как только его несвобода.

Здесь повествование прерывается, чтобы известить нас о том, что происходило на берегах Темзы, при дворе короля Артура.

LXXVIII

LXXVIII

Вканун Пятидесятницы, в тот самый день, когда мессир Ивейн, Галескен и Ланселот тайно отправились на поиски мессира Гавейна, король Артур не преминул спросить, выходя после вечерни, почему не видно его племянника и трех других рыцарей. Галеот немедля сел на коня и, не найдя дома ни мессира Ивейна, ни Галескена, ни Ланселота, стал спрашивать оруженосцев, но и те не могли сказать, куда они делись. Он уже встревожился, как вдруг на обратном пути во дворец заметил Лионеля, который мчался верхом по узкой тропе. Лионель накануне бдел всю ночь, как и положено новому рыцарю, и лишь на другой день ему предстояло быть посвященным рукою короля. Однако он уже надел кольчугу и укрыл ее серым плащом, осмотрительно спустив капюшон на самый нос; так что Галеот узнал его только по коню, который был под ним. Он нагнал и застиг его перед мостом, когда тот собирался проехать мимо; Гале-от схватил коня за узду.

– Куда вы, Лионель? – спросил он.

– Сир, ради Бога, пустите меня.

– А вы знаете, что не подобает надевать рыцарские доспехи, когда вы еще не рыцарь? Король Артур не препоясал вас мечом, который у вас на боку.

– Сир, умоляю, пустите меня и ни о чем не спрашивайте, ради того, что вам дороже всего на свете.

– Вы меня так заклинаете, что я не могу настаивать, но уж дальше-то я вас не пущу.