Вечером собрали партийный актив, где Киров выступил с суровой критикой. Говорил о дисциплине, о социалистическом соревновании. Раскрепили коммунистов по отдельным объектам и бригадам. Утвердили строгий график сдачи корпусов.

На другой день Киров выступил с горячей речью на митинге строителей. Казалось, люди воодушевились: бригады расходились по объектам, построившись в колонны, с боевыми песнями. Однако Киров с Чудовым вернулись в вагон озабоченные.

— Знаешь, Семеныч, тут на одном энтузиазме далеко не уедешь и дела за день-два не поправишь. Оставайся на строительстве до тех пор, пока не добьешься решительного перелома в работе. О ходе дел звони, телеграфируй мне ежедневно.

Было морозно, хотя снег еще не выпал. Вокруг Синявина чернели торфяные залежи, опоясанные голым лиловатым осинником.

Днем в Пятом административном поселке началось необычное оживление: люди куда-то спешили, торопливо шли по двое, по трое...

Пожилой человек в ушанке и дубленом полушубке остановил на скрипучем тротуаре белобрысого парня в распахнутой телогрейке и вязаной шапочке:

— Здорово, Кузин! Ты куда летишь?

— На Третий поселок собрался...

— Айда со мной — Киров приехал! У директора совещание...

— Ну!.. А пустят меня?

— Обязательно. Может, потом напишешь. Боюсь — опоздаем мы. Я ведь только из Мги приехал...

Человек в полушубке был Трофимов — заместитель секретаря парткома.

Когда они, приоткрыв дверь, протиснулись в просторный бревенчатый кабинет директора, там уже негде было присесть. Киров, в защитной гимнастерке, подпоясанный ремнем, стоял у большого директорского стола и говорил негромко, озабоченно:

— Недодача вами торфа, товарищи, грозит катастрофой ленинградской промышленности. Не сегодня-завтра может остановиться Пятая ГЭС. А это поведет за собой остановку ряда заводов, фабрик и городского транспорта. Потухнет свет в театрах и кино, перестанут выходить газеты. Ленинград замрет, погрузится во мрак...

Киров сделал паузу, окинул взглядом собравшихся и, переступив с ноги на ногу, продолжал:

— Я внимательно выслушал сообщение директора торфоразработок. Дела у вас плохие, и просвета не видно. А все, мне кажется, от того, что люди работают через пень колоду. Мы окажем вам помощь в снабжении продуктами и промтоварами, но и вы, товарищи, должны личным примером, горячим словом зажечь людей на погрузке. Сколько нас тут собралось? Человек сорок? Давайте-ка сейчас двинемся на болото и покажем торфушкам, как надо работать.

Киров снял с вешалки свою кожанку и стал одеваться. Другие последовали его примеру, и скоро все высыпали на улицу.