— Ну-ка, дай сюда! — Внезапно она вырвала из рук Глеба деревянный меч. — Князь Владимир Мономах! — объявила она торжественно. — Я, Роксана, дочь Воеслава, вызываю тебя на поединок! Коли супруг мой не сумел тебя перемочь, так, может, я смогу!

— Роксанка! С ума сошла! — воскликнула, застыв с умильно раскрытым ртом, Милана.

Владимир в смущении стал озираться по сторонам, ища совета у братьев.

— А что? Коли желает, пущай бьётся! — развеял его сомнения Олег. — Роксана у нас жёнка боевая!

— Ты бы бронь воздела, — с беспокойством предложил Владимир.

— А ты сам без брони бился! Думать, боюсь я пораниться? — задорно выкрикнула в ответ Роксана.

Всё же она взяла у одного из гридней волчью прилбицу, надела её на голову, а поверх неё при помощи Глеба и того же гридня водрузила остроконечный булатный шишак. Натянув на руки боевые кольчужные рукавицы, она стала примериваться, удобно ли будет держать в них длинный деревянный меч.

«Заранее, что ль, умыслила биться? Ну, наверное, только на случай, если я одолею братьев», — подумал Владимир.

— Ну, вот я и готова! — объявила молодица.

Дерево ударило по дереву. Владимир старался действовать осторожно, больше защищался, медленно отступал к краю поляны. Роксана атаковала увлечённо, порывисто, оказалось, что меч в её руках ходит довольно-таки быстро и ловко. И всё же для победы над здоровым, привычным к оружию не деревянному, но булатному, воином, каким был Мономах, молодой женщине явно не хватало сил.

Что оставалось делать Владимиру? В одно из мгновений молодой князь нарочно отвёл свой меч в сторону и затем опустил его вниз. Тотчас он получил колющий удар в грудь, пошатнулся и больно стукнулся спиной о ствол могучего, поросшего зелёным мхом дуба.

— Роксанка, умница! — восторженно вскричала, громко захлопав в ладоши, обрадованная Милана.

— Твоя перемога, красавица! — хрипло промолвил Мономах, с силой воткнув свой меч остриём в землю.

К удивлению сына Всеволода, перед самым лицом его вдруг возник обтянутый кольчужной рукавицей кулачок.

— Ты поддался! — с негодованием заявила гордая Роксана. — Вот поколочу тебя сейчас!

Однако сделать ничего красавица не успела. Милана и Святославичи обступили молодую княгиню и наперебой стали восхищаться её умением и ловкостью. Роксана сперва недовольно кривила пухленькие губки, но затем не выдержала и заулыбалась, искоса глядя на немного смущённого Владимира.

Когда они на конях возвращались в город, она подъехала к Мономаху и тихо, так, чтобы никто не услыхал, промолвила:

— А всё же се нечестно! Мы ить не в поддавки играли!