Однажды утром ее посылают отвезти деньги лидеру группы Сопротивления, прячущейся глубоко в лесу. День дождливый, и с деревьев каплет медленным тиканьем. Лес такой густой, а деревья такие высокие, и сам воздух кажется неподвижным, загустевшим, будто люди прячутся в водорослях на дне омута. Время от времени с далеким жужжаньем над головой пролетают истребители, как журчалка, видимая сквозь толщу воды.

Люди – в основном местные фермеры и их младшие сыновья в беретах и подбитых гвоздями ботинках вместе с истрепанными войной бойцами Испанской республики – поглядывают на нее с интересом: женщина в их лесу. Она думает о потерянных мальчиках из «Питера Пэна», устроивших себе дома в деревьях. Как же она ненавидела эту пьесу, с ее удушающим требованием материнства, с капризным Питером, блеющим требования Венди остаться штопать их носки, будто она была там только для этого.

Из потайного кармана на дне своего рюкзака она достает внушительный кирпич наличных и передает лидеру группы, у которого через грудь висит патронаш, будто у мексиканского бандита.

– Вам стоит усилить безопасность на дороге в лес, – говорит она все более местным французским Жильберты. – Я заметила вашего дозорного задолго до того, как он увидел меня.

Лидер пересчитывает деньги, ничего не говоря.

– Я бы хотела получить за это расписку, пожалуйста, – говорит она, затем шарит в сумке и достает бутылку бренди. Мужчины подаются вперед. Она передает бутылку лидеру. – Vive la France.

Он вытаскивает пробку, делает глоток, затем передает мужчинам позади.

– Vive la liberté[56], – говорит он и манит ее за собой в лагерь.

Sous Terre

Sous Terre

Октябрь 1943

Когда округ «Пастух» рушится, происходит это очень быстро. Их радист пойман гестапо на чердаке над аптекой, откуда он посылал зашифрованные сообщения в Лондон, и мальчик, работающий в аптеке, пробегает целых пять миль, чтобы сообщить Пьеру и Жильберте.

Первые сорок восемь часов после ареста агента самые опасные. Радист – прикованный к тюремной стене, избитый и истекающий кровью – должен продержаться столько, ничего не выдавая, что бы с ним ни делали, чтобы дать своим коллегам шанс исчезнуть.

В последний раз Жильберта видит Пьера в саду фермерского домика, который служит им базой, кидающим бумаги в костер и кричащим, чтобы она уходила. Allez! Она вытаскивает велосипед из тайника в коровнике и уезжает, останавливаясь только чтобы выкинуть очки в ручей и распустить волосы, накрасить помадой губы и подвернуть юбку чуть выше. Мимо проезжает на мотоцикле немец, и она улыбается ему так бесстыже, со всем непривычным шармом Софи, что он едва не съезжает в кювет. Она насквозь ненавидит себя в этот миг, но яростно продолжает крутить педали.