Лондон сер от тумана. Ни одно из грязных окон штаб-квартиры Орга не закрывается полностью. По комнатам со свистом гуляют сквозняки. Радиаторы задумчиво лязгают, но остаются холодными на ощупь. Есть чай, но сахар кончился. Одна из секретарш обычно следит, чтобы всего хватало, но она уже неделю не появлялась. Двое мужчин в форме, которые проводят дебрифинг Кристабель, смотрят на сахарницу, будто в растерянности от ее пустоты. Они произносят успокаивающие слова. Они приветствуют ее дома.

– Есть новости от Пьера? – говорит она. – С ним все в порядке?

Они опускают тему Пьера и переходят к тому, что известно о ситуации в Париже: о провале округа «Маг». Именно это, считают они, привело к поимке агентов в других округах, включая «Пастух», и аресту многих групп Сопротивления. «Маг» был амбициозен в своей области влияния, его контакты многочисленны, паутина раскинута далеко и широко.

У мужчин есть папка, которую они иногда просматривают, будто сверяясь с подробностями. Кристабель понимает, что не видела их прежде в офисе. Они рассказывают о подозрениях, что враг внедрился в «Маг» еще в июле, когда радист несколько раз не выполнял проверку безопасности, даже после выговора из Лондона. Радист должен знать, что проверка должна предварять пересылку любого сообщения в штаб-квартиру.

– Опуская проверку, радист, конечно, давал знать, что находится в руках врага? – говорит Кристабель, думая о Софи, которая никогда бы не совершила такой ошибки.

Офицеры кивают. Они говорят, что, к сожалению, тоже теперь пришли к этому выводу.

Кристабель отмечает «теперь».

Она говорит:

– Послушайте, я ничего не знаю о «Маге». Но я могу рассказать вам о «Пастухе». О нем я много знаю.

И снова мужчины не обращают внимания на ее слова. Они полагают, что один из британских агентов в «Маге», позывной «Габриель», не был пойман гестапо и по-прежнему в городе. Они получали отчеты о том, что его видели. Но они не получали вестей от него самого, и он как будто не стремится покинуть территорию раскрытого округа. Они беспокоятся – она отмечает мягкие слова, церемонное обращение, – что он мог быть скомпрометирован.

Она ждет вопроса.

Мужчины переглядываются. Это, говорят они, необычно – раскрывать личность агента, но учитывая важность безопасности в это критичное время военных действий, они считают это необходимым. Агент, известный как Габриель, – ее двоюродный брат, Дигби Сигрейв. Не знает ли она о его возможных контактах в Париже? Был ли он на связи с кем-то оттуда до войны? Есть ли место, куда он мог направиться?

В этот миг она благодарна за разыгранный допрос, который проводился в Новом Лесу, и инструктора, который советовал отвечать на конкретный вопрос, а не на ожидаемый.