Но привилегии, данные Афинам от царя Филиппа, оказались большими, чем ожидали сами афиняне до заключения мирного договора с Македонией. Граждане Афин испытывали счастье оттого, что на их земле наступил мир и они, по большому счёту, мало что потеряли. Обрели вновь жизнь вместо разорения и смерти.

* * *

Радостное чувство исполненного долга уже не покидало Александра. На днях македоняне отбывают в Пеллу. Наследник не подвёл отца! На прощание он с Гефестионом посетил Акрополь, где их сопровождал словоохотливый жрец с голым черепом и пушком волос на висках, в одеянии белого цвета. Он непроизвольно морщил лоб, когда рассказывал о событиях, происходивших в этом священном для афинян месте в глубокой древности, словно припоминая их, и пучил от напряжения глаза с покрасневшими белками. Александр спросил у него имя и услышал:

– У меня есть имя, но при жизни моей никто не имеет права называть его вслух. Это имя новое, а старое, какое я имел до посвящения, утеряно. Я его не вспомню, даже если бы захотел. У жрецов старые имена вырезают на бронзовых плитках и предают морским глубинам, чтобы никто и никогда не смог узнать. Ведь в глубинах человеческих взор бессилен что-либо увидеть.

С плоской вершины известняковой скалы Афины выглядели большим человеческим муравейником. Жрец сообщил, что в случае вражеских набегов с древних времен это природное убежище укрывало окрестных жителей. Сюда с трудом добирались по крутым ступеням, вырубленным в скалах, или по веревочным лестницам. При царе Тесее, победителе Минотавра, Акрополь обзавелся массивными стенами циклопической кладки. Сто пятьдесят лет назад персы осадили Акрополь, долго взять не могли, хотя его защищали только старики; остальные жители покинули Афины до прихода жестокого врага. Изменник выдал персам один возможный путь наверх: им удалось взойти на вершину по считавшемуся неприступным северному склону. Из крепости на Акрополе персы вывезли все ценное оружие, ограбили и сожгли храмы, превратив святыни греков в груду развалин. При поджоге строительных лесов, устроенных вокруг почти готового Парфенона, храма Афины, обрушились его каменные конструкции – колонны, балки, кровля. В последующие годы на Акрополе велись восстановительные работы под управлением известного эллинскому миру зодчего Фидия, создателя колоссальной фигуры Зевса в Олимпии, очередного Чуда Света.

Осмотр монументальных храмов Акрополя, религиозные и общественно значимые сооружения Афин, в том числе главная агора, оставили у Александра возвышенные впечатления. Только сейчас он понял, почему Греция так неравнодушна к судьбе своего древнего города с великой историей. Он понял и своего отца, который не пожелал осады, взятия и разграбления Афин.