– О, теперь-то я очень отчетливо все помню, – ответила она. – Особенно твоего отца. Ты, как выясняется, очень похож на него внешне.

Дэвид печально улыбнулся и проговорил:

– Он умер.

Что-то в том, как он это сказал, навело Шонед на мысль, что речь не о давнем событии.

– Соболезную.

– Всего три недели назад. Похоронили на прошлой неделе.

– Ой. – Она положила ладонь ему на руку и сжала ее.

– Он дожил до очень солидного возраста. Жаловаться не на что. Девяносто четыре! Жил у моей сестры невесть сколько, а два года назад перебрался в дом престарелых. Сознание потихоньку отказывало, но физически, как нам казалось, был в хорошей форме, поэтому его смерть – некоторое потрясение. Очень внезапно. Сказали, воспаление легких. – Дэвид отхлебнул шампанского и добавил, подумав: – Вообще-то третий случай в их заведении.

Шонед осмыслила сказанное, но напрямую никак не откликнулась. Впрочем, это, казалось, направило ее мысли на пандемию, и, оглядев паб, она сказала всем сидевшим за столом:

– Ну что, ребятки, скоро ль закроют это место, как считаете?

– Я и не предполагал, что пабы закрываются, – сказал Эйдан.

– Так и незачем. Но если Борис “рекомендует” людям держаться от пабов подальше, дела у пабов пойдут так себе в ближайшем будущем, ну?

– Типичное фуфло его – вот это вот. “Рекомендует” он, ага. Нам что посерьезнее скоро потребуется, если учесть Италию.

– Мне все еще не верится, – сказал Хэрри, качая головой.

– Что европейские страны вводят локдаун, в смысле?

– Нет, не верится, что это он, – ответил Хэрри. – Не верится, что он у руля, когда все это происходит.

– Дело вот в чем, – начал объяснять Эйдан, обращаясь к Дэвиду, – у этих мест есть кое-какая история, связанная с мистером Джонсоном. В 1997-м он тут избирался. Естественно, мы его послали куда подальше. Несколько месяцев назад он тут появился в своей должности премьер-министра, ни много ни мало – премьер-министра! – и взялся рассуждать о клятом этом своем состряпанном предложении о Брекзите (на валлийском, должен добавить, – вернее, на его чудовищной версии валлийского), и имать меня, если на сей раз оно не сработало. Впервые в истории Южный Клюид сдался тори. И, кстати, у меня есть отчетливое воспоминание о том, что эта вот мадам, – он указал на Шонед, – как-то раз сказала, что отсосет мне, если местные проголосуют за консерваторов. И до сих пор не сдержала слова.

– Мечтай, Эйдан, – сказала Шонед. – Мечтай.

– Справедливости ради, – заметил Хэрри, – ставка представлялась очень надежной. Никто из нас не думал, что такое случится.