И сабли попили вина…

И вот на бугре, у мечети,

С толпою стоит Фатима.

И нукеров смелых и храбрых

Приветствует важно она.

Специалисты, изучающие касимовских татар, отмечают, что внешне этот народ куда ближе к европеоидам, нежели остальные татары. И видят причину как раз в том чигиринском походе: захватив белокурых полячек и привезя их в Касимов, татары массово переженились на полонянках, отсюда и потомство. А указанная в финале стихотворения Фатима видимо – матушка крещеного царевича, Фатима-салтан. Она и правила фактически в Касимове, когда ее сын проживал в Москве, где имел «двор богатый» в Белом городе у церкви Петра и Павла.

Умер последний касимовский салтан Василий Арасланович в следующем 1679 году, будучи отцом восьмерых детей, крещеных в православную веру. Похоронен с почетом в Архангельском соборе, но после смерти царя Федора Алексеевича «уступил место» усопшему государю. Был перезахоронен на кладбище Златоустовского монастыря. А в Касимове осталась Фатима.

В год смерти Василия Араслановича в Касимове случился большой пожар, почти полностью уничтоживший крепостные стены. Город остался беззащитен. Правда, теперь этой бывшей окраине, постепенно оказавшейся в самом центре русского государства, уже ничто не угрожало. Россия существенно приросла территориями и теперь стремилась к морям, Балтийскому и Черному.

Своенравная Фатима

Своенравная Фатима

Раз уж нарушать правила, так до конца! После смерти пусть и крещеного, но царевича, касимовский трон заняла его мать – Фатима-салтан. Женщина на ханском престоле? Разве такое возможно? Видимо, московский царь уже решил судьбу касимовского царства, поэтому не стал ничего менять, пусть уж Фатима считает себя правительницей, если ей так нравится. Все равно от нее уже ничего не зависело.

Конечно, удобно связывать закат Касимовского царства только с последней касимовской правительницей – этакой чуть невменяемой, взбалмошной старухой. Однако сохранившиеся документы открывают и иные стороны произошедших событий. В Касимове долгое время жил наследник Василия Араслановича, его сын Иаков. «Подвижник благочестия», как пишут о нем в церковных книгах, готовился стать (или уже стал) во главе Касимовского царства. Но уже не в качестве воина, как его предшественники, а как благочестивый христианин. Он опекал православные храмы города, особо – Касимовский Казанский монастырь, построенный на землях, которые подарил обители его отец Василий. И не просто опекал, а вместе с матушкой, той самой Фатимой-султан, фактически его содержал.

Женский монастырь, возведенный и названный в честь иконы, принесенной из Казани («Повесть о принесении чудотворныя иконы Богоматери Казанския из первоявленнаго Ея места, Казани, в город Касимов до 1620-го года, и о построении церкви, прежде деревянной, потом каменной, и о учреждении при оной девичья монастыря…»), стал местом паломничества христиан, царица Фатима и ее внук Иаков пожаловали ему большие угодья с селами, что вызвало неудовольствие мусульманской общины города.