Небо, звездный костер ярко пылает, как бескрайнее небо над Сахарой. Покачиваются на волнах плоскодонки. Множество плоскодонок на якоре в бухте. Музыка из прибрежной таверны. Перед таверной танцует старик, распространяя перегар узо. Холодный «Царь Минос» греет мои жилы, на языке все еще ощущается вкус персиков, ароматом персиковой кожуры пропитан мягкий солоновато-кислый воздух.

Мелтеми

Ох уж этот проклятый ветер – мелтеми. Вчера мы попали в его ловушку, что неизбежно случается летом в греческих морях, ведь этот чертов ветер дует и дует весь июль и август. Однажды я провел лето на Кикладах, на острове Парос, который, несомненно, является любимой добычей мелтеми: здесь он редко стихает и носится по острову, голося на разные лады, и кажется, что это завывают призраки утонувших моряков, всех моряков, погибших у этих берегов за несколько столетий.

Мелтеми – очень злой ветер, колючий, действующий на нервы. Только подумайте, какой урон он наносит экономике, повседневному рациону островитян: если рыбаки не могут выходить в море ловить рыбу, а они и не могут, когда налетает ревущий мелтеми, то и так довольно скудное меню жителей острова ополовинивается.

Апрель – лучшая пора для поездок сюда. В полях расцветают дикие цветы, дикие анемоны, белые фиалки, а вода, зеленая, как весенняя листва, уже достаточно теплая для короткого заплыва. Апрель… или конец сентября, когда вода все еще теплая (если вы не против соседства с мигрирующими гусями, стаи которых внезапно опускаются с небес и плавают рядом с вами), а мелтеми уже прекратил свои налеты.

Но до вчерашнего дня я никогда не встречался с ним в открытом море. Когда он налетел, я сидел в своей каюте и оттуда услышал, как он приближается от горизонта – по нарастающему грозному шуму, напоминающему хлопанье множества птичьих крыльев. Судно накренилось, закрутилось на месте, в иллюминатор стали заглядывать рыбы; казалось, еще вот-вот – и мачта переломится, а мы вольемся в команду погибших моряков, чьи жалобные крики слышатся в вое мелтеми. Ближе к вечеру ветер стих, и мы поспешили укрыться в бухте.

Страшная история

В нашем экипаже есть югославы, греки, но в основном итальянцы. Капитан – итальянец. Он не в восторге от яхты, потому что вообще не любит парусники, даже такую жемчужину Эгейского моря, как «Креол» Ниаркоса. По его словам, такие круизы, конечно, очень романтичны, но это слишком трудоемкое занятие для команды. Капитан говорит по-английски, и довольно неплохо; он сравнительно молод, у него драматический взгляд и скорбный голос; он вполне мог бы стать актером, а ведь все актеры лжецы, я еще ни одного не встречал, который бы им не был. Но возможно, наш капитан не лжец. Как бы там ни было, утром мы миновали Делос без остановки, потому что я уже дважды был на этом острове. Вид мраморных руин, проплывающих вдали, в трепещущей лавандовой дымке, напомнил капитану одну историю. За обедом он мне ее рассказал. И поклялся, что это чистая правда.