– А Тигидий не из Рима, – съязвил император. – Он не знает об этом.
Никто не засмеялся. Клеандр с тем же скорбным видом добавил:
– Его видели на Авентинском холме.
Император с силой дернул себя за большой палец. Тот звучно хрустнул. Все напряглись, а Коммод, все так же кривясь, выговорил:
– Авентин большой.
Вновь тишина. Наконец Лет, до сих пор державшийся робко, в сторонке, подался вперед.
– Государь, я, кажется, догадываюсь, где может прятаться Тигидий. В доме Тимофеи.
– Кто такая Тимофея? – поднял на него глаза Коммод.
– Блудница, господин, редкой красоты и ума шлюха.
– Отличная характеристика, Лет. Ты, оказывается, знаешь куда больше, чем можно было предположить. Ну, Квинт, погоди, я еще разберусь с тобой, хитрюга… Подонок!..
Бебий перебил императора:
– Ты уверен, Квинт?
– Мне так кажется, Бебий! – Лет внезапно повеселел и во весь голос крикнул: – И я не подонок, государь!
– Ладно, – Коммод обреченно махнул рукой, – ты не подонок.
– И не хитрюга!..
Бебий вновь решительно остановил намечавшуюся перепалку.
– Что будем делать, государь? – спросил он. – Нельзя терять ни минуты. Либо мы Перенниса, либо он нас.
– Я не знаю, Лонг. Если у тебя есть план, действуй! Будешь вознагражден. Вспомни, чем ты обязан моему отцу, мне. Никого не щади. Я посижу без Вирдумария. Страшно, Бебий, но можешь на меня рассчитывать. В случае чего буду защищать Марцию. Живым я им не дамся. Обязываю тебя, убей Перенниса. Убей негодяя. Сегодня, завтра, через год, через десять лет, но убей его. Своим наследником назначаю Пертинакса. Нет, лучше Септимия Севера. Запомнили? Такова была воля отца. Я напишу бумагу. Она будет у Тертулла.
Лонг, Лет и Вирдумарий тем же путем выбрались из дворца. За то время, что шли через залы, полные подозрительно посматривавших на них преторианцев, словом не перемолвились. Только оказавшись за крепостной стеной, ограждавшей Палатинский холм со стороны Тибра, встретившись с мавританцами, похожими на жуткие безличные фигуры жителей Baratrum (преисподней), выползавшие из мрака, Бебий решил подробнее расспросить Лета.