– Лагерь короля недалеко, крестоносцы о нас не знают, опьянённые своими лёгкими победами. Напились крови. Король их преследует, гонится за ними, выжидая только минуты. Езжай со мной… Ночь черна… Вернёшься раньше наступления дня.

Винч едва мог поверить своим ушам – значит, Локоток был так близко! Преследовал крестоносцев! Не боялся их и поджидал их.

Безумие могло перевесить!

Если бы не жена, которой он доверял, едва ли это ему было возможным.

С интересом, он начал спрашивать о короле Владиславе, но Халка, не будучи уверена в обращении, имела то решение, что оборотов его выдавать не хотела. Она опасалась, не станет ли невольно причиной его гибели.

– Я пришла сюда за тобой, чтобы тебя из их когтей вырвать, – сказала она, – хочешь со мной к королю? Поедем… нет?.. Зачем тебе знать о том, будет ли тебя преследовать? А я бы тебя разве отдала его мести!

Она отступила, сама возмущённая этой мыслью, и стиснула уста.

Выждав минуту, Халка упала перед ним на колени, начала обнимать его ноги.

– Слушай, едем со мной. Я за твою жизнь и безопасность отвечаю. Вернёшься целым, договоришься с ним или нет. Мне дали на это слово. Королевское слово – свято… езжай со мной.

Сквозь ум воеводы прошло всё, что он выстрадал от крестоносцев, от своих, проклятие Добка, упрёки собственной совести; вдруг с такой порывистостью, как бы сам себя опасался, схватил шлем и плащ, ничего не говоря. Халка живо, словно в неё с надеждой вступила новая жизнь, начала помогать ему одеваться.

Она уже не нуждалась в словах, она знала человека… решил ехать. Сердце её билось невыразимой радостью, глаза блестели слезами счастья.

Воевода с лихорадочной поспешностью припоясывал меч, брал и набрасывал на себя одежду, глаза его летали по шатру – но не говорил ничего.

Не звал даже Влостка, потому что и ему доверять не хотел. Он задул догорающую лампу, подал жене руку… Шли уже из шатра прочь… не спрашивал даже, как выйти из лагеря, как должны были достать до короля, доверял жене, а терять ему уже было нечего… не заботился ни о чём.

Когда вышли из шатра, Халка немного заколебалась, ища кого-то глазами; две неподвижные тени стояли неподалёку. Они пошли к ним.

Ночь была чёрная – ветер, который успокоился, минутами срывался снова, перелетал, вдруг, шумя, и падал, небо закрывали тучи, среди которых кое-где показывались бледные звёздочки и исчезали.

Халка шла смело даже до того места, на котором заметила двух неподвижно стоящих мужчин.

Один из них подошёл к ней ближе и, узнав, двинулся вперёд, указывая дорогу. Другой остался за ними в тылу.