Вдруг, совершенно неожиданно для большинства, грянул залп нескольких пушек, и вся стена Золотырни, прекрасно видимая с места пиршества, покрылась воинами осаждённых, а со стороны лагеря осаждавших к крепости шли бесчисленные полки наёмных войск с горами фашин и сотнями штурмовых лестниц. Приступ начинался!

Он был достойным финалом почестного стола!

Крики начальствующих, рёв труб, лязг оружия и тяжёлый грохот нескольких десятков мортир, осыпавших защищающихся каменьями, заглушили музыку бала.

Но и самые участники этого невиданного пиршества, и «избранные», и танцоры, казалось, больше занялись созерцанием отчаянного боя, чем балом. Танцы прекратились, но сам великий магистр явился в круг, оставленный для танцев.

— Прошу благородных кавалеров и любезных дам не прерывать ваших удовольствий: уничтожение одного из бесчисленных сарацинских гнёзд входит в программу нашего праздника. Эй, музыканты, живей! Гряньте сарабанду!

Музыканты снова заиграли плясовой мотив, и сам великий магистр, несмотря на монашеский сан, ловко сделал тур с одной из привезённых красавиц. Его примеру последовали братья-рыцари, стеснявшиеся до того времени, и торжественный праздник превратился в оргию.

Вино, меды и пиво, любимое немцами искони, текли рекой. Сам великий магистр подавал пример невоздержанности, великий маршал, великий госпитальер и большая часть старейших братьев ордена ему подражали, а удивлённые гости-рыцари могли только достойно поддерживать весёлую компанию крейцхеров.

А между тем, менее чем в полуверсте кипел отчаянный смертный бой. Горсть храбрых славян со своим героем комендантом отчаянно защищалась от наседающей немецкой орды. Сотни штурмовых лестниц были приставлены со всех сторон к крепостице, и вооружённые немцы, прикрываясь щитами, медленно лезли по ним, словно морская волна затопляет во время прилива низменные берега!

Гром пушек смолк. Теперь камни могли побивать уже своих, и только крики команды да вопли боли и отчаяния мешались с лязгом оружия.

Бой на стенах превращался в страшную, ожесточенную резню одного против десяти! Жестоко, беспощадно разили польские мечи, но безмерно громадная разница численности всё превозмогла. Отбитые пять или шесть раз, немцы снова строились из-под палки своих начальников, и уверенные, что в случае отступления их тоже ждёт смерть, с каким-то диким отчаянием, словно осатанелые, лезли снова по лестницам, ломились в ворота и старались по брёвнам вскарабкаться на стену.

Штурм Золотырни

В бою ни рыцари, ни гости рыцарские не принимали участия, дрались только одни земские: хельминские войска да наёмные дружины, которых всё-таки много было в рыцарском войске.