Правее леса виднелось небольшое озеро (Лубень. — Ред), а ещё дальше — убогая деревушка с ветхой, полуразрушенной церковью. Это и было селение Танненберг, о котором на последнем военном совете говорил Зындрам Мошкович.

Гораздо левее, посреди роскошного зеленого луга, белели избушки другой деревушки — Грюнвальда, или, как его ещё называли, Грюнфельда — т. е. «зеленого луга». Расположение между ними было не более полумили, но дорога шла по болотистому лугу, почти непроходимому весной и осенью.

Несколько дубов одиноко возвышались среди равнины, словно сторожевые великаны, на равном расстоянии как от леса, так и от начинающегося возвышения местности. Несколько всадников поскакали к ним, но смельчаки тотчас же были отозваны предусмотрительным Витовтом. Он не хотел, чтобы рыцари раньше времени знали, что лес занят соединёнными армиями.

Расставив войско и убедившись, что отставшие знамёна подтягиваются к лесу, Витовт направил коня к королевской ставке. Он хотел ещё раз переговорить с королём о предстоящем сражении, но Ягайло, утомлённый вчерашним военным советом и затаивший какую-то тайную мысль, едва увидев его издали, опустил глаза в землю, смиренно перекрестился, встал и торопливой походкой направился в только что поставленный шатёр-церковь.

Николай Тромба и Збигнев Олесницкий ему сопутствовали. По этикету, строго соблюдавшемуся при дворе короля, никто, даже сама королева, не имел права беспокоить короля, когда он стоял на молитве.

Это прекрасно знал и Витовт. Узнав, что король молится, он махнул с досадой рукой и хотел было снова ехать к своим полкам, как вдруг из опушки леса на поляну выскакал молодой воин на взмыленном коне. Очевидно, он гнал во весь опор. Узнав Витовта, он мигом соскочил с коня и преклонил колено.

— Кто ты и что скажешь? — спросил великий князь, зная, что гонец не смеет говорить без вопроса.

— Великие вести, государь. Крыжаки наступают, я видел их знамя в четверти мили от Грюнвальда, они идут сюда.

— Ладно, встретим, а ты кто сам-то, молодец?

— Ганко Остойчик, шляхтич из Хельма, раб и слуга вашей королевской милости.

Почти в ту же секунду с другой стороны, от Танненберга, прискакал другой гонец. Это был один из псковских лучников, присланный Видимундом Хрущом с донесением, что вблизи Танненберга показались силы рыцарей.

Один за другим прибывали гонцы с передовых постов с известиями о том же. Витовт захотел лично убедиться в этом и быстро поскакал просекой на опушку леса.

Вид противолежащей возвышенности изменился словно по волшебству. Там, где несколько минут перед тем чернели пашни или желтели убранные нивы, теперь блестели и сверкали копья, латы, шлемы и мечи бесчисленного войска. Вся армия меченосцев, повинуясь приказу великого магистра, назначившего долину между Грюнвальдом и Танненбергом местом соединения всех рыцарских знамён на полдень 15 июля, стянулась сюда, заняв возвышенность, господствующую над долиной и отчасти саму долину. Передовые линии крыжаков были не больше как на два полета стрелы от опушки леса.