Длинные жесткие черные волосы мужчин были собраны в толстые хвосты, смуглые лица мрачны, а пальцы нащупывали четырнадцатидюймовые клинки за поясом. Они больше походили на банду пиратов, застигнутых на берегу возле шлюпок.

— Хесус, помоги Эулалии подогнать телегу с товарами. — Эль-Манко взмахнул правой рукой и тут же услышал визг колес на оси.

Этот звук полностью заглушил скрип седел и шелест лент. Команчи остановились поодаль и принялись совещаться, а начальник каравана терпеливо ждал. Вокруг его лица роились мелкие мошки, они забирались под рубашку и в штанины. Но он не мог позволить себе уронить достоинство, отмахиваясь от мошкары, поэтому лишь проклинал ее вполголоса. От укусов этих мошек появлялись уродливые гнойные рубцы, не заживавшие по несколько дней. Оставалось только надеяться, что команчей мошкара донимала так же сильно.

Если, конечно, это и в самом деле были команчи. Это могли оказаться и кайова, но скорее всего — нет. Ему хотелось на это надеяться. Кайова были союзниками команчей, но между ними и жителями Новой Мексики не было даже того хрупкого мира, который держался с команчами вот уже более шестидесяти лет.

Вдруг небольшой отряд пришпорил коней и поскакал к выжидающим сиболеро. Впереди бок о бок скакали самый высокий из воинов и златовласая женщина. Эль-Манко один выехал им навстречу и услышал за спиной голос Анибаля:

— Матерь Божья! Вот это женщина! Интересно, вождь согласится ее продать?

— Малыш, — ответил Хесус, — да тебе за всю жизнь столь ко лошадей не набрать.

Команчи устремились к Эль-Манко, словно собираясь затоптать его, но тот медленно поднял вверх руку. Повернув ее ладонью к приближающимся всадникам, он несколько раз неспешно двинул ею вперед и назад, давая сигнал остановиться. Если бы они этого не сделали, это означало бы враждебные намерения. Кони индейцев остановились почти на расстоянии броска копья и нервно приплясывали на месте. Эль-Манко по-прежнему не опускал руку, однако теперь сделал ладонью движение справа налево и в обратную сторону. «Я вас не знаю, — говорил его жест. — Кто вы?»

Высокий стройный воин, держа предплечье на уровне талии, показал ладонью извивающееся движение назад, вокруг себя. Эль-Манко облегченно выдохнул. Это были Вернувшиеся Змеи. Индейцы-юта называли их ко-мат, Те-Кто-Всегда-Против-Нас. Команчи. Опасные, но все же лучше, чем кайова. Они мало походили на передовой дозор боевого отряда. Слишком уж много при них имелось вещей. Это были молодые семьи, решившие куда-то переехать.

Эль-Манко поднял правую руку повыше и покачал культей левой руки.