— Копье говорит, мы едем к Пиз-Ривер, — сказала она.

— Да. Думаю, там мы будем охотиться этой осенью. Эти места находятся между землями квахади и тенава. И там есть бизоны.

— Там красиво.

— Значит, ты согласна?

— Конечно! С чего бы мне не соглашаться?

— Вдруг тебе хочется в другое место, получше.

— Нет. Мне везде хорошо, если ты со мной. Да и я, наверное, повидала уже все места от Симаррона до Мексики.

— Наверное, все дело в том, что я люблю странствовать, — улыбнулся он. — Ноу меня есть и другие причины.

— Какие еще причины, кроме того, что ты ищешь собственные земли и любишь странствовать?

— Я боюсь, что однажды торговцы найдут тебя и попробуют увезти. Или расскажут солдатам. Я хочу сделать так, чтобы им было как можно труднее тебя забрать.

— Никто меня не заберет. Обо мне уже давно все позабыли. Но у меня к тебе есть одна просьба.

— Какая?

— Я хочу зимовать со своей семьей, с племенем Пахаюки. Я хочу снова повидать Разбирающую Дом, Знахарку и Рассвета. И Ищущую Добра с Лаской. Я хочу показать им нашего сына.

— Этой зимой мы встанем лагерем вместе с ними.

Глава 42

Глава 42

Странник рассматривал изображения, грубо нарисованные углем на сложенном куске коры, который он нашел на самом большом из тополей. Тот был вставлен в зарубку, оставленную топором.

— Пахаюка собирается встать лагерем на Канейдиен. Это хорошо. Если зимой станет скучно, можно грабить караваны, идущие в Санта-Фе.

— А вот и следы. — Надуа спешилась, чтобы получше рассмотреть отпечатки копыт на краю перепаханной тропы, оставленной кочующей деревней. — Они были здесь всего два дня назад, утром.

Она провела рукой по примятой копытами траве, к которой пристал песок. Тонкий сыпучий слой песка означал, что трава была влажной от утренней росы, когда были оставлены следы. А с позапрошлого утра не было ни дождя, ни росы.