— Надуа! — Крик вырвался откуда-то из глубин его души, когда он пустил Ворона вскачь через реку.

Только когда он оказался рядом, она заплакала навзрыд. Он нежно обнял ее.

— Все хорошо. Я здесь.

— Пожалуйста, не уходи. — Она сжала его ладонь, чувствуя себя беспомощной и неповоротливой, не в силах ни шевелиться, ни бежать, ни защищаться.

— Я останусь с тобой.

Она начала успокаиваться:

— Прости, Странник. Я испугалась.

— Я тоже испугался, золотая моя. Я боялся, что ты ране на. — Он заметил гримасу боли на ее лице. — Ребенок?

— Да.

— Куропатка, найди Изнашивающую Мокасины! Она переправлялась рядом со мной.

Он убрал мокрые волосы от лица Надуа и наклонился над ней, укрывая от дождя. Она в жизни не видела ничего прекраснее его больших темных глаз.

— Изнашивающая Мокасины никак не хотела уходить из деревни, пока не получит ку за таббай-бо, — улыбнулся он, и эта улыбка согрела ее, несмотря на холодный дождь.

— Странник! — крикнул Найденыш. — Вон Куана. И Пекан показался на той стороне. С ним Мрак.

Странник вскочил на коня и поскакал вдоль берега, ожидая сыновей.

— Он забрался слишком далеко вниз по течению! — тихо сказал он Найденышу. — Пекан!

Странник кричал и размахивал руками, но гром заглушал его голос. Конь мальчика вошел в воду. За ним следовал Мрак.

— Зыбучий песок? — спросил Найденыш.

— Да. — Странник галопом устремился к младшему сыну.

Пекан перебрался без затруднений, а вот Мрак оступился на песке и увяз. Когда повод натянулся, Пекан обернулся и увидел, что произошло. В панике он начал тянуть за веревку в тщетной надежде вытащить Мрака. Но чем больше конь сопротивлялся, тем глубже он увязал. Выпучив глаза, он изо всех сил пытался высвободить ноги. Он заржал, увидев приближающегося Странника, проверяющего дно перед собой тупым концом копья. Странник принял повод у Пекана.

— Прости, отец, — всхлипнул мальчик, но Странник не обратил внимания на его слова. Он смотрел лишь на любимого коня.