Когда разговор с начальником Богданова окончился, Климов повесил трубку и вышел на улицу. Теперь оставалось только ждать, пока приедет машина, которую распорядился послать за Сашей генерал. Десять — пятнадцать минут, и все.

Что все? Погибла Нина Саранцева, найдена в своей квартире с перерезанным горлом. Надо ли говорить — кто главный подозреваемый у доблестной милиции? Поэтому-то генерал и велел Климову назвать свое местонахождение и ждать, чтобы не схватили по пути ненароком. Решив использовать ожидание с максимальной отдачей, Климов стрельнул у прохожего папироску и с наслаждением закурил. Саша осмотрелся по сторонам. Ни одного милиционера. И то хорошо. Он опустил голову и снова подумал об Инге, или Наташе, какая в сущности разница?

«Рано», — услышав скрип тормозов и увидев остановившуюся буквально в двух шагах от него бежевого цвета «волгу» со служебными номерами, Климов мельком взглянул на циферблат. Прошло всего пять минут. Даже если бы фээсбэшники выехали в ту же секунду, когда он положил трубку, и то не успели бы доехать так быстро.

Все эти вычисления Сашин мозг произвел за какую-то долю секунды, понадобившуюся для того, чтобы двери машины распахнулись и из нее выскочили трое здоровенных молодцев в пятнистой спецназовской форме. Парни прыгнули к Климову, и, прежде чем тот смог сообразить хоть что-нибудь, на запястьях его закрученных за спину рук щелкнули стальные браслеты, свет скрыла плотная черная ткань, которой нападавшие завязали Саше глаза, рот чья-то заботливая рука залепила гадкой клейкой лентой. Впрочем, повязку на него спецназовцы надели уже на заднем сиденье трогавшейся с места «волги». Последнее, что видел Климов, была обернувшаяся к нему широкая улыбавшаяся рожа водителя, человека лет сорока пяти — пятидесяти.

Машина долго ехала по городу (Климов понял это по частым остановкам; светофоры — никуда от них не денешься), но потом, видимо, благополучно миновав пост ГАИ, выкатилась на трассу.

Минут через пятнадцать, похитители привезли Климова в какой-то подвал не подвал, сауну не сауну. Саша мог только с уверенностью констатировать, что в помещении, ставшим его камерой, было очень душно и жарко.

Похитители, причиняя боль, отодрали от Сашиных губ ленту, сняли с глаз повязку и, не отвечая ни на какие вопросы, приковали своего пленника к водопроводной трубе за левое запястье. Когда спецназовцы ушли, Саша попробовал дернуть рукой, но труба не поддалась, а только слегка задрожала. Судя по всему, надо было ожидать в скором времени появления Опокина, ясно же, что это не обычный арест, что тут имеются чьи-то личные интересы.