– Кто это был? – прошептал Захаров, Помогая трясущимися руками развязывать Николаю веревки.

Но девушка лишь что-то мычала, испугано озираясь по сторонам. Она явно была не в себе.

– Что же они тут искали? – спросил Николай, осматривая перевернутые и разбитые вещи.

– Пока не знаю – ответил Игорь, Глядя на, синюшное от побоев лицо девушки, – Найди мне, пожалуйста, телефон.

Телефон, вернее с тем, что от него осталось, пришлось изрядно повозиться, прежде чем из собранных осколков раздался дрожащий сигнал.

Обливаясь потом и закусив губу, Захаров набрал номер Рафика, и стал ждать. Через несколько томительных секунд в трубке что-то щелкнуло, и сонный голос хрипло спросил:

– Ну? Какого черта?

– Это я, Рафик. – Захаров поморщился, – я ранен, нужна твоя помощь.

– Говори куда приехать, – сразу отозвался тот.

– Тебе мои не звонили?

– Да, нет, извини, никто не звонил. Так, а тебя-то как найти?

Захаров назвал место встречи и, выронив трубку, медленно откинулся на спинку кресла.

– Что собираешься делать? – спросил Николай, садясь, на перевернутое кресло. – Тебе надо в госпиталь, майор…, да и девушку надо врачам показать.

– Довези меня с ней до переезда, что за поселком. Там её дядя работает стрелочником, пусть приведёт ее в порядок, пристроит в больницу, а я ему помогу, заявление подать, да зарегистрировать. А потом уже и сам подремонтируюсь, да со своими вопросами разберусь. Ну, а Марине…, спокойнее с дядей будет.

– Бегать долго тебе Крапивин не даст, – твердо проговорил шофер.

– Не даст? – уточнил Игорь. Глядя исподлобья.

– Да, говорю, затравит тебя как волка, сам знаешь, как система, может в асфальт «закатывать». Зачем тебе все это? Не дури, поехали на базу.

– Все, что я делал по службе, я делал…, я делал для моей страны. И уж если иногда заступал за черту Закона, так только потому, что Закон или не работает эффективно или принимался в девятьсот «лохматом» году и «не ложится» на наше время.

– А, я и не сомневаюсь, что майор Захаров честный офицер, иначе я бы давно скрутил его и сдал Крапивину, да и полковник мне кажется, все понимает.