Ну, всё-таки не вполне личное, если эти слова задели — и больно, заметим, ранили — миллионы поклонников Черенкова. Но Фёдор в силу своего характера таких аргументов никогда не приводил и приводить не мог...

Тут ещё требует уточнения момент о «третьем дивизионе», который на самом деле таковым не был. Лобановский, заявивший об этом, и даже сам Черенков, сказавший про «команду, выбывшую из второго дивизиона в третий» (Интернета-то тогда не было, и детали, касающиеся низших дивизионов французского чемпионата, даже ведущим советским тренерам и футболистам с ходу проверить было непросто), оказались не правы.

Дело в том, что Лига 2 попросту была разделена на равнозначные группы «А» и «В». Победитель каждой из них напрямую выходил в Лигу 1 — что, в частности, произошло с «Гавром», выигравшим в сезоне 1990/91 года группу «В» (ту самую, в которой выступал при Черенкове с Родионовым «Ред Стар» и в которой занял 10-е место из 18) и на следующий год занявшим в элитной лиге седьмое место. Сейчас представить себе такой информационный ляп в исполнении главного тренера сборной страны и футболиста, переходящего непосредственно в этот клуб, невозможно в принципе. Впрочем, там было чему смутить людей, которые, что называется, не в теме: в сезоне 89/90 «Ред Стар» занял 17-е место и по каким-то причинам не вылетел, хотя 16-е и 18-е места покинули Лигу 2. Судя по всему, ни Лобановский, ни Черенков на момент своих интервью об этом не знали.

Вернёмся, однако, к некрасивой, на наш взгляд, цитате главного тренера сборной СССР. Больше всего раздражают разговоры про деньги. Конечно, пришли иные времена. Однако разве самому Валерию Васильевичу кто-то доплачивал, когда он, будучи игроком, после обычной, насыщенной тренировки исполнял по собственной инициативе ещё минимум сто угловых, добиваясь своего изумительного «сухого листа»? Кроме того, замечательный специалист, мы помним, всегда ценил Черенкова, называл его «великолепным футболистом». И что, в одночасье так переменился?

Михайличенко был назван первым в журналистских опросах в 88-м, а Фёдор — годом спустя. Какая такая пропасть в мастерстве между ними успела образоваться за столь краткий период? И насчёт «модели сборной» — объяснение из невнятного прошлого. Спартаковец прекрасно вписывался в эту «модель» и в 83-м, и в 89-м, и даже в 90-м.

Болезнь? Что же, это весомый аргумент. «Вопрос о Черенкове на бюро исполкома был затронут отдельно, — сообщал Александр Горбунов 27 мая в «Футболе-Хоккее». — В. Лобановский объяснял решение тренеров не включать спартаковца в список 22-х прежде всего тем, что ему, как проходящему определённый курс лечения, нельзя давать высокие нагрузки, и консультации с врачами продолжаются».