Шаги отдавались гулом, ткань палантина цеплялась за камень и тихо шуршала. Пальцы скользили по влажной кладке, оставляющей на коже липкий след. Воздух был такой сырой, что казалось, оседает на ресницах.

Она вздохнула, и звук легко коснулся стен. Где-то в коридорах пронеслось эхо, словно замок услышал и ответил.

А может рассказать Яромиру Петровичу о своей находке? Возможно, у него даже есть ключи от того входа. Правда, у этого решения есть одно "но". Что если Яромир Петрович сам замешан в истории и знает, что в замке скрывается посторонний человек? К тому же, это он обнаружил тело Виктора Карловича. Даже куда-то с ним собирался ехать утром. И вообще, ее с самого начала не отпускало чувство, что Яромир не похож на настоящего смотрителя музея. Эва вспомнила, как он привел ее в Голубую комнату и попросил оценить расставленные предметы искусства. Там бы даже школьник разобрался, а он выглядел как случайный гость, которому зачем-то вручили связку ключей от замка и должность управляющего.

Эва снова почувствовала холод по позвоночнику: тогда, в Голубой комнате, он смотрел на нее слишком внимательно. Будто проверял не подлинность предметов, а ее реакцию. Он сказал, что на днях к нему приедет какой-то эксперт, он уже списался и договорился. Эва не стала вмешиваться в это дело и сказала, что не возьмется за осмотр экспонатов и лучше ему дождаться человека, с которым он уже контактирует по этому поводу. Но теперь у нее в голове возникли слова Савицкого. Вроде, ничего особого, простые фразы, но за ними прятался намек на махинации с предметами искусства. Нет, к Яромиру Петровичу идти нельзя.

А что если сразу к Савицкому? Эва прикусила нижнюю губу, размышляя. Он следователь и, наверняка, заинтересуется этим… Но он не поверил ей по поводу Дианы. Стоило вспомнить о платиновой блондинке и лицо Эвы снова передернула гримаса отвращения, а в уголках глаз застыли слезинки. Савицкий… может ей и удастся убедить его. Но какая-то мысль крутилась в голове Эвы и она пока никак не могла ее ухватить.

Свернув в очередной коридор, она отметила, что окна здесь стали выше и в нишах появились многочисленные двери. Они смотрели на Эву словно пустые глазницы на старом черепе. Судя по их количеству, комнаты в этом крыле были совсем небольшими, но все же коридор уже напоминал жилое когда-то пространство. Возможно, здесь жили слуги, а может комнаты использовались для производства чего-то. Могла ли прямо здесь внутри находиться какая-нибудь небольшая мануфактура? Надо бы поискать документы в библиотеке. Заодно и наведет порядок в книгах. Тем более что теперь ей некуда спешить, даже если их отпустят из замка. Встреча с Арно теперь пугала необратимостью возможных решений. Ей так нравилась ее выстроенная упорядоченная жизнь. Она научилась не требовать от мужа больше, чем он мог дать и называла это счастьем.

Эва тронула наугад одну из дверей и убедилась, что та закрыта. На руках осталась пыль. Этим крылом точно не пользуются. Она подошла к окну и попыталась сориентироваться. В утренней дымке виднелся лес, плотный и бескрайний. Километры леса. Она не знала этой стороны и не заходила гулять так далеко, если можно назвать прогулкой ее вчерашний выход в сад. Она прошла еще несколько пролетов и снова всмотрелась в массивы леса.

За окном уже светало и страх понемногу отпускал, а желудок недовольно заурчал, напоминая, что скоро время завтрака. Вдруг из-за края леса показалась узкая полоска дороги и узнаваемая милицейская машина. Что делает милиция там? Неужели Савицкий боится, что они решат сбежать, и ему мало выставленной по периметру замка охраны? С чего он вообще взял, что смерть Виктора Карловича может иметь криминальный след. Эва еще раз бросила взгляд на медленно движущуюся машину и вернулась мыслями к капитану. Савицкий единственный приехал в замок неслучайно. Его вызвали. Хотя стоп. Вызвали только милицию и скорую. Почему с ними сразу приехал следователь? Кажется, судмедэксперт был чем-то недоволен. Эва вспомнила, насколько шокирована и растеряна была тогда. Ей можно было рассказать все шифры от банковских ячеек, и она бы даже не обратила на это внимание. Но сейчас… Сейчас было важно восстановить в памяти каждое сказанное и несказанное слово. Каждый взгляд, каждую мысль. Она должна понять, что же произошло на самом деле. И почему оказалась втянута в эту историю.

Она ступала уже не так осторожно, и шаги разносились по коридорам. Свет придал ей сил и уверенности. Итак, судмедэксперт… он был недоволнен и старался все быстро осмотреть и уехать. Он бросил Савицкому: "Сейчас все по-быстрому сделаем и поедем, сами справятся. Надо успеть сестре подарок купить."

Точно. Он куда-то спешил. Еще потом сказал следователю: "Ну вот, согласился тебя подвести, так ты мне устроил три дня без обеда". Вот оно! Савицкого здесь не должно было быть. И с Яромиром они разговаривали, как старые знакомые. Он явно знает расположение комнат в замке. Но если его не должно было быть, как у него с собой могла оказаться карта замка?

Эва потерла уставшее лицо. Значит Савицкий сразу не планировал оставаться здесь надолго, заехал случайно, потому что оказался в машине коллеги, когда того вызвали. Но потом вдруг зацепился за ее слова, что это убийство. Но она сама вообще ничего такого не имела ввиду и вообще была уверена, что у Виктора Карловича случилось что-то с сердцем…

Судмедэксперт настаивал, что им надо ехать, а Савицкий давил на то, что совершено преступление, и он вступает в дело. А что, если следователь сам искал повод остаться в замке? А потом эти странные распоряжения: всех переселить в одно крыло. А сам попросил разместить его в флигеле, где раньше жил Яромир. Нет, это определенно странно… К нему идти нельзя. Федор? Но он погружен в свою музыку и какие-то личные драмы. Его меньше всего интересует то, что происходит в замке. А если нет? А если это только видимость? Федор привез Диану. Он как-то связан с этим всем, только как? Эва бы очень хотела, чтобы Федор оказался сторонним наблюдателем, но внутренний голос нашептувал: "Осторожно, Эва, он может быть опасен."

Впереди что-то глухо хлопнуло, и звук разлетелся по коридору, отскакивая от стен и возвращаясь к ней эхом. Эва замерла, вцепившись в холодную латунь дверной ручки ближайшей комнаты. Латунь была чуть влажной и липла к ладони.

Сердце ударило так сильно, что потемнело в глазах, а в горле появился вкус металла, как если бы она уже прикусила губу. «Он вернулся», – пронзила страшная догадка. Тень, за которой она гналась полночи, наверняка, ждала именно этого момента, когда она расслабится и потеряет бдительность. Эва сделала осторожный шаг вперед, прислушиваясь и вдруг услышала чужое отрывистое дыхание, отраженное от стен эхом. Совсем рядом.

– Эва?! – раздался вскрик и женская фигура отделилась от стены впереди.

Глава 29. Несветские беседы

Глава 29. Несветские беседы

Эва тоже вскрикнула и уставилась на застывшую впереди женщину. Оксана… Но что она здесь делает?

Женщина машинально прижала к груди стопку белого белья и все еще немного дрожа от испуга сама подошла ближе к Эве.

– Эва! Что вы здесь делаете?! Испугали до полусмерти…

– Не спалось, вышла пройтись и заблудилась, – Эва почти физически ощущала, как взгляд Оксаны буравил ее мокрые джинсы на ноге. Она поспешила объяснить:

– Хотела пить и зашла на кухню за водой. Какая-то я неловкая сегодня.

– Я же во все комнаты всегда ставлю запасные бутылки.

– Наверное, Диана куда-то переставила, я не нашла, – пожала она плечами довольно невинно.

– Да, с Дианой такое может быть. На днях она тоже ночью просила воды, хотя я уверена, что ей с вечера в номер ставила.

– А я далеко забрела от гостиничного крыла?

– Да уж достаточно. Как это вас угораздило?

– Хорошо, что вы зашли сюда, иначе, не знаю как бы выбиралась. А вы часто здесь бываете?

– Нет, конечно. Просто… закончилось чистое белье и скатерти. Вот, – Оксана опустила взгляд на стопку белья, которое по-прежнему прижимала к груди. Много гостей, не хватает на всех. А я здесь храню то, что редко нужно.

– Далековато… Да, хлопот вам прибавилось. Вы же здесь только вчетвером были раньше, правда?

– Ну да. А как еще? Мы же не открылись пока. Конечно, вчетвером. Я с мужем, Федор и Яромир Петрович, – Оксана сжала губы и в задумчивости покачала головой: – Все равно не понимаю, как вы могли сюда забраться… Разве не видно, что крыло совсем другое и еще не отремонтировано.

– Вы, наверное, впервые столкнулись с такими сумасшедшими, как мы, антиквары. Не поверите, но я от этих ручек просто в восторге. Она тронула ручку на ближайшей двери и улыбнулась:

– Вы когда-нибудь видели такие образцы девятнадцатого столетия из настоящей латуни, да в таком количестве? Они же здесь повсюду! Восхитительно! Ну, правда! Бывало, что в каком-нибудь замке тоже в главном крыле настоящие ручки. Зато во всех остальных помещениях что-то совсем дешевое ставят. Я на эти ручки сразу обратила внимание, как только заселилась в комнату. У вас действительно каждая из латуни и все с одной мануфактуры. Вот я подумала, а вдруг мастерская была прямо здесь, и их делали где-то в замке. Сама не заметила, как забрела, не пойми куда.